В июне 2020 года Парламент начал работу над законопроектом «Об ответственном обращении с животными». В нем рассматривались вопросы, касающиеся требований к содержанию животных, ветеринарных услуг и ответственности за жестокое обращение. Кроме того, в рамках нового закона обсуждался запрет стационарных и передвижных дельфинариев в Казахстане.

В обновленном проекте закона, поступившем в Мажилис, стационарные и передвижные «дельфинарии» не запрещались, если только они не позволяют обеспечивать условия содержания дельфинов, не причиняя вреда их жизни и здоровью.

17 ноября на пленарном заседании Мажилиса под председательством спикера Нурлана Нигматулина депутаты одобрили во втором чтении поправки в законопроект «Об ответственном обращении с животными». При обсуждении нового закона мажилисмены учли предложения зоозащитников по введению запрета на создание и деятельность передвижных зверинцев, выставок животных, дельфинариев, океанариумов и контактных зоопарков. Это стало возможным благодаря деятельности активистов.

В феврале 2020 года Камиля Тюлебаева создала инициативную группу Free Dolphins Kazakhstan, чтобы организовать движение единомышленников в защиту дельфинов и добиться ввода закона, запрещающего работу дельфинариев. В новом материале Камиля рассказывает о том, как пришла к активизму и почему в Казахстане должны запретить развлекательные шоу с дельфинами.


Как я стала активисткой?

Я никогда не думала и не мечтала быть активисткой, но в какой-то момент в моей жизни появились дельфины, а вернее — мечта их спасти и запретить дельфинарии в Казахстане.

Однажды я посмотрела документальный фильм «Интратеррестер», созданный мужем и женой-антропологами Александром и Николь Гратовски.

В фильме показывается, что дельфины и киты имеют собственную цивилизацию, которая, согласно теории эволюции китообразных, появилась около 50 млн лет назад. И, по сравнению с ними, мы, люди, еще дети на этой планете. Наша цивилизация еще не осознанная: мы не понимаем ценности и сути жизни, дорожим материальными вещами, стремимся уничтожить место, в котором живем. У дельфинов и китов в этом плане абсолютно по-другому: им важны отношения, гармония с собой и окружающим миром.

У дельфинов есть свой язык и даже диалекты, они привыкли выстраивать тесные семейные связи. Существует мнение, что по уровню интеллекта дельфины лишь немногим уступают человеку — 195 баллов против 214, притом и размерами мозг дельфинов не уступает человеческому. 

Также в этом фильме говорится, что мы уничтожаем их популяцию, заполняя моря и океаны пластиком. Стаи дельфинов и китов погибают в рыболовных сетях, а в некоторых странах до сих пор разрешена охота и отлов для содержания в дельфинариях.

Например, в Японии охотники получают квоту на убийство и отлов 1200-1300 дельфинов в сезон. Часть дельфинов они продают  в дельфинарии — в основном, малышей. Стоимость одного детеныша дельфина может доходить до 150 тыс. долларов. Туши мертвых животных выкидываются, так как для потребления в пищу их мясо не подходит из-за большой концентрации ртути.

Такое часто происходит в бухте Тайдзи. Об этой бухте снят оскароносный документальный фильм «Бухта», который создал известный американский активист по борьбе с дельфинариями Рик О Барри с его другом — режиссером Луи Сахойосом. После этого фильма мировое сообщество стало осуждать Японию и призывало правительство страны пересмотреть подход в отношении животных. 

После того, как я узнала эту информацию, стала следить за активистской деятельностью разных групп, которые занимаются спасением дельфинов в неволе. И тогда мне тоже захотелось сделать что-то для их спасения.

Так появилась моя инициативная группа по запрету дельфинариев в Казахстане Free Dolphins Kazakhstan. В начале надо мной даже смеялись, чуть ли не крутили пальцем у виска со словами: «Ладно, в Казахстане лошадей защищать, но дельфинов..?». Но меня это не останавливало.

Кто мне помогал?

Инициативную группу я организовала своими силами. Юридического статуса у нас пока нет — мы выступаем на правах активистов. Временами появляются волонтеры, которые помогают с решением разных задач, например, взаимодействием с единомышленниками в социальных сетях.

Мою идею создания группы от лица научного сообщества поддержала ученая по морским млекопитающим, доктор Наоми Роуз из Animal Welfare Institute. Она же является соавтором научного доклада «Аргументы против содержания млекопитающих в неволе», которым я смогла воспользоваться, когда готовила обоснование к поправкам к законопроекту по запрету дельфинариев в Казахстане.

Российская инициативная группа Free Russian Whales, которая боролась с китовыми тюрьмами два года назад, и Центр спасения дельфинов «Дельфа» оказали информационную поддержку и предложили нам свою помощь: если дельфинов из казахстанских дельфинариев захотят отпустить на свободу, то они готовы забрать их к себе на реабилитацию на безвозмездной основе.  

В Казахстане много неравнодушных людей, которые борятся за права животных и объединяются в фонды, различные общественные организации. Представители фонда Kare, Incobo приглашали на конференции, чтобы наш голос был услышан, а также поддерживали во время работы над законопроектом. 

Что было сделано?

В июле 2020 года наша группа обратилась с петицией к Президенту РК с целью запретить использование представителей китообразных, дельфинов в развлекательных целях в Казахстане в рамках закона «Об ответственном обращении с животными», который был на стадии разработки. Тогда этот документ привлек внимание общественности, благодаря чему его подписало более 9 тыс. человек.  

Тогда на наши действия отреагировал Министр экологии, геологии и природных ресурсов РК Магзум Мирзагалиев. На своей странице в Твиттере он опубликовал пост о том, что закрытие дельфинариев может быть рассмотрено в законопроекте об ответственном обращении с животными. 

В поддержку данного решения мы получили письма от таких известных ученых со всего мира по морским млекопитающим, как Самуэль Хунг — кандидат наук, Гонконгское общество сохранения дельфинов; Эрих Хойт — Охрана китов и дельфинов (WDC); Сильвия Фрей — кандидат наук, OceanCare; Дебора Джайлз — кандидат наук, Калифорнийский университет в Дэвисе; Марк Питер Симмондс — O.B.E., Humane Society International и многие другие.

В своих письмах ученые обратились к нашему Правительству с поддержкой идеи запрета дельфинариев в Казахстане. Французский исследователь и защитник окружающей среды Жан Мишель Кусто даже записал видеообращение на эту тему. 

По итогу всей этой деятельности нас пригласили принять участие в рабочей группе по разработке законопроекта. И когда мы принимали участие в первой рабочей группе при участии Министерства экологии, нашу поправку приняли: дельфинарии должны были оказаться под запретом в Казахстане.

Но расслабляться было нельзя, так как законопроект должен был пройти все «круги ада» в Парламенте и неизвестно, каким он оттуда выйдет. Нам обещали, что закон примут до конца 2020 года, а затем обсуждения перенесли на июнь 2021 года.

В итоге после одного года ожидания, закон обсуждают в Парламенте и после этого обсуждения мы узнаем, что дельфинарии больше не запрещены, только если их условия не причиняют вред жизни и здоровью дельфинов.

В настоящий момент мы вновь направили обращение к депутатам, где попытались объяснить, что содержание дельфинов в неволе без вреда для их жизни и здоровья невозможно. Сейчас мы снова собираем обращения от казахстанцев депутатам, а также продолжаем распространение петиции.

Сейчас у нас есть YouTube-канал, где мы публикуем образовательные видео для детей о том, как живут дельфины.

Почему дельфинарии должны быть запрещены?

Ученые по морским млекопитающим стали бить тревогу по поводу содержания зубатых китов, или дельфинов в неволе в конце 1960-х — после того, как они начали исследования этих животных в дикой природе и на свободе.

Первые дельфинарии появились около 80 лет назад: тогда специфика жизни дельфинов в условиях дикой среды была мало изучена.

В итоге после продолжительных исследований ученые заявили, что содержание дельфинов в неволе в развлекательных целях больше не поддерживается и не оправдывается научным сообществом, изучающим их биологические потребности. 

Исследователи доказали, что дельфинам жизненно необходимы: движение в неограниченном водном пространстве, ныряние на сотни метров, использование эхолокации, общение со своей семьей, использование в качестве питания живую рыбу. Подобные условия невозможно создать в ограниченных пространствах бассейнов. 

Хищники, лишенные возможности охотиться, испытывают стресс, который приводит к болезням и расстройствам поведения, таким как постоянное движение по кругу, самотравмирование и аномальная агрессия внутри групп. Также встречались случаи проявления внезапной и немотивированной агрессии, в некоторых случаях — со смертельным исходом — в условиях замкнутого пространства, по отношению как к своим сородичам, так и к человеку. Подобное поведение не наблюдается в их природной среде обитания. 

Китообразные являются животными с высоким уровнем психического развития. Они обладают самосознанием и сложной системой социальной организации внутри стаи, которая часто основана на родстве. Социальная среда в неволе для них не воссоздается, она искусственным образом перестраивается, меняется образ действий, связанный с доминированием, спариванием и материнской заботой.

Установлено, что среднее время выживания в неволе (для всех особей афалины, которые прожили больше одного года) составило 12,75 лет против 30-45 лет в дикой природе. 52 % афалин, успешно родившихся в неволе, погибают до конца первого года жизни, что в два-три раза превышает уровень смертности, наблюдаемый в дикой природе.

Исследования отметили значительные физиологические последствия преследования и физических манипуляций, в особенности у китообразных. Доказательством того, что дельфины никогда не привыкают к этим причинам стресса, является значительный рост их смертности сразу после отлова из дикой природы и после каждой транспортировки.

Заведения, в которых демонстрируют морских животных, создаются прежде всего с учетом нужд посетителей, а не животных. Вольеры спроектированы так, чтобы дельфинов и косаток было хорошо видно, а не с учетом их комфорта. При этом заведения, где содержат морских млекопитающих, настаивают, что заботятся о благе животных, защищая от тяжелой жизни в естественной среде. Однако животные физически и поведенчески эволюционировали для выживания в условиях дикой природы. 

Является ли дельфинотерапия исключением?

Отдельно бы хотелось сказать о «дельфинотерапии», так как многие дельфинарии прикрываются «псевдосоциальной» важностью данной услуги. И они утверждают, что дельфинарии необходимы, хотя бы по причине того, что дети с особенностями в развитии получают положительный эффект от нее.

Однако полезность дельфинотерапии не доказана. В мировой научной литературе нет обоснования действенности и целесообразности этого лечения, а в доступных псевдонаучных работах эффективность этого «метода лечения» не выше любого другого способа терапии с использованием домашних животных. 

По факту — это бизнес, построенный на страданиях животных и на горе отчаявшихся родителей, готовых платить любые деньги ради исцеления своего ребёнка. 

Для нашей страны Центр детской иппотерапии более логичен. Лошадь — наше национальное животное. Иппотерапия, по крайней мере, так же эффективна, как дельфинотерапия в краткосрочной перспективе, гораздо дешевле и использует одомашненное животное, а не дикое, что может означать, что она также безопасна.

«Департамент охраны здоровья матери и ребенка Министерства здравоохранения Республики Казахстан, рассмотрев ваше обращение касательно дельфинотерапии, сообщает в пределах своей компетенции следующее. Вода в бассейнах дельфинариев содержит фекалии животных в концентрациях, превышающих допустимые нормы. Вещества-загрязнители в дельфинариях превышены по нитратам, фосфатам, хлорфенолам в десятки раз. В воде нередко присутствует вирус папилломы. Следовательно, «дельфинотерапия» может наносить вред здоровью детей и может стать причиной возникновения зоонозных инфекций. Таким образом для применения дельфинотерапии необходимы убедительные доказательства того, что данный вид терапии является действенной терапией. В этой связи в перспективе целесообразно проведение экспериментальных исследований по оценки эффективности дельфинотерапии».
 

Из ответа Министерства здравоохранения Казахстана (ответ на обращение №687058 на сайте dialog.egov.kz).

Как выглядит обратная сторона активизма?

Активизм — это непросто. Здесь очень важны единомышленники — люди, которые разделяют твои идеи, могут поддержать тебя просто словом или действием. В этом плане мне повезло: мне помогали люди со всего мира, активисты из России, ученые по морским млекопитающим, волонтеры, которые присоединились к различным акциям, помогали отвечать на комментарии хейтеров. А также все неравнодушные люди в Инстаграме и те, кто подписал петицию.

Однажды мне угрожали в социальных сетях. Один молодой человек стал мне открытым текстом писать угрозы и оскорбления, что со мной может что-то произойти, если я не успокоюсь. При этом он не закрыл свой профиль, и я понимала, что ничего серьезного не случится, но на всякий случай написала заявление в полицию и опубликовала пост в социальных сетях с его фотографией и скриншотами.

Иногда мне хочется все бросить, так как активизм — это всегда про сопротивление, потраченные нервы, выгорание, безвозмедную самоотдачу. Но когда случается победа, силы и энергия возвращаются, и ты готов к новым сражениям. Да, именно сражения, потому что для того, чтобы изменить что-то устоявшееся, нужно постараться. 

Я поняла одно: ты не сможешь достичь результата, если ты не веришь в него сам. Прежде чем начать, ответьте честно себе на вопрос: Действительно ли я в это верю? Моя ли это правда? Потому что при первой же трудности у вас могут появиться сомнения или вы можете найти сто причин, чтобы не дойти до конца. 


Читайте также: 

Есть ли толк от петиций в Казахстане и почему в стране нет закона об этом?

Обратная сторона медали: почему «культура извинений» действует не на всех?

В Казахстане, Кыргызстане и Узбекистане массово отключилось электричество. Как это вышло?


Читай нас в  Инстаграм и Телеграм