Об истории создания Центра

Акционером фонда «Целинный» и физическим владельцем здания является казахстанский бизнесмен и меценат Кайрат Боранбаев.

«Я познакомилась с Кайратом Советаевичем на ЭКСПО в 2017, когда занималась проектом Astana Contemporary Art Center. Он увидел, что можно довольно просто и в короткие сроки создать пространство, в котором люди могли бы говорить об искусстве. В тот момент у него уже была идея создать в "Целинном" центр культуры, учитывая историю и расположение кинотеатра», — рассказывает Джамиля Нуркалиева, руководитель проекта.

Джамиля Нуркалиева в Astana Contemporary Art Center

 

Именно тогда появилась идея привлечь в качестве архитектора Асиф Хана. Асиф Хан — британский архитектор, один из самых востребованных архитекторов в мировой архитектуре. Он известен необычными проектами, как павильон Serpentine Gallery в Лондоне, Guggenheim Helsinki и павильон Великобритании We are Energy.

О реконструкции

3 июня на заседании общественного совета Алматы стала известна архитектурная концепция здания бывшего кинотеатра. Многое удалось сохранить, например, оригинальные конструкции, ткани здания 60-х годов, фасады зрительного зала и стену с известным сграффито Евгения Сидоркина.

Вечером при освещённом фойе горожане любовались сграфитто Сидоркина снаружи. Этот образ «Целинного» включили в новую архитектурную концепцию. «Наш Центр, в отличие от других, имеет свой дом с уникальной историей, от которой мы не хотим отказываться», — добавляет Арыстан Ергазинов, менеджер проектов «Целинного».

«В памяти каждого алматинца "Целинный" свой: одни помнят, как он выглядел в 2000-х, другие ценят здание 60-х. За этот промежуток времени здание сменило несколько владельцев и соответственно видоизменялось множество раз. Поэтому было особенно важно показать городу состояние "Целинного" до того, как он закроется на реконструкцию», — утверждает Джамиля.В прошлом стеклянный фасад «Целинного» был тёмным и непросматриваемым. Архитектор Асиф Хан принял решение наклонить стеклянный фасад на 45 градусов, чтобы он отражал небо и проецировал картину небосвода.

О ценности проекта

Целинный — институция, которую интересует, что происходит с нашим обществом здесь и сейчас. Команда хочет обсуждать актуальные повестки в историческом разрезе, чтобы дискуссия с аудиторией постепенно становилась всё более многоплановой, многоуровневой.

Джамиля: «В нашей стране до сих пор нет ни одного музея современного искусства. Это большая проблема не только для художественной среды, но и для широкой публики».

«У казахстанцев уже давно появился запрос на необычный и интеллектуальный контент в контексте внутренней культуры, но ни digital-пространство, ни различные культурные институции не поспевают за этим запросом», — добавляет Сунгат Ахтанов, digital-стратег команды. 

О подборе персонала

Руководство «Целинного» решило обратиться в программу «Болашак» с запросом: сколько вы выпустили студентов по этому направлению? Им озвучили фантастическую цифру — двадцать тысяч профессиональных кадров имеют творческое образование и практически никто из этих людей не работает по своей профессии.

«Им негде работать, поскольку нет ни среды, ни рынка, ни инфраструктуры», — объясняет руководитель проекта.

Позже «Целинный» делает рассылку на фейсбуке и по почтовым адресам «болашаковцев», но отзывается всего пятнадцать человек.

Объясняя стратегию развития проекта, Джамиля утверждает, что существует несколько вариантов развития «Целинного». Первый  — сделать open-call для международных специалистов на позицию главного куратора или художественного руководителя. Так все проекты, произведённые здесь, автоматически стали бы международными.

Однако учитывая тот факт, что мы являемся первым таким крупным проектом в стране, мы предположили, что навязывать нашей развитой художественной среде мнение одного стороннего эксперта будет не совсем верным.

Есть второй путь, который пришёлся по душе руководству, несмотря на сложность. «Не могу сказать, что это окончательное решение, но мы двигаемся по такому маршруту. Мы хотим растить свою команду, поэтому взяли молодых специалистов с открытым и свежим взглядом, чтобы они росли внутри институции. Важно, чтобы запрос шёл изнутри, а не снаружи».

О кино и музыке

Амир Мусаев, менеджер кинопрограмм:

Хочется привозить или выискивать здесь что-то действительно актуальное и радикальное, чтобы переосмысливать это, вытаскивать оттуда смыслы и внедрять контекст.

 

 

Планируем работать с экспериментальным кино, с тем, что граничит с художественной практикой и видео-артом. Например, сейчас мы начинаем сотрудничество с MIEFF — Московским Международным Фестивалем Экспериментального Кино, который уже несколько лет развивает экспериментальные фильмы в России.

 

 

Здесь важно научить зрителя постсоветского пространства, который привык к нарративному кино, перемещать взгляд и воспринимать другой вид кинематографа, где очень много абстракций, где нет традиционной фабулы или привычных визуальных решений, где кино само находит себя на ощупь. 

 

В 90-е годы было мощное кинематографическое движение «казахская новая волна». Эти фильмы открыли новую эстетику и были обласканы критикой на фестивалях. Мы хотим реставрировать плёнки, которые ещё не были оцифрованы, и вытаскивать их из небытия и забвения.

 

Также «Целинный» планирует проводить музыкальные мероприятия: концерты, фестивали и даже образовательные воркшопы для музыкантов. Менеджер музыкальной программы Балжан Бекенова поделилась планами об исследовательском проекте о казахской музыке и развитии музыкальной программы проекта. Команда планирует приглашать международных артистов разных жанров: от альтернативной музыки до экспериментальной.

О музейных архивах

Камила Нарышева, куратор:
Наше открытие назначено на конец 2021 года. К этому времени необходимо получить доступ к некоторым архивам и хранилищам других музеев, чтобы работать над теми проектами, которые нам интересны. Сейчас мы находимся в процессе заключения меморандумов и контрактов с интересующими нас площадками.

Почти во всех городах Казахстана есть музей, в котором хранится некоторое количество интересных работ, в том числе и современного искусства. Эти работы могли оказаться там разными путями: некоторые были куплены, некоторые подарены. Зачастую музеи не выставляют работы современных художников, отдавая предпочтение постоянной экспозиции.

Когда Центр современного искусства Сороса закрылся, всё передали в музей Кастеева. В музее эти папки с личными делами любовно хранятся на полочках у кого-то в кабинете. Мы хотели бы оцифровать эти данные, сделать электронную базу, чтобы у людей был доступ к истории.

Об образовательных программах и инклюзии

Адия Акпеисова, менеджер образовательных программ:
Мы планируем предоставить обширную образовательную программу, которая будет делиться для взрослых и детей. Люди смогут посещать образовательные курсы в сфере изобразительного искусства, архитектуры, музыки, фотографии, литературы.

Планируется программа Young Professionals, в которой мы будем поддерживать молодых профессионалов в сферах искусства и культуры.

В Казахстане проживает около 695 тысяч людей с инвалидностью и, к сожалению, большая часть не вовлечена в культурную и образовательную жизнь.

Немаловажную роль для нас играет инклюзия. Мы планируем создать инклюзивную программу, в которой будут адаптированы выставочные и образовательные проекты для посетителей с инвалидностью. Это будет прорывом для нас и нашей страны.

Но для реализации всех вышеуказанных проектов необходимо развивать культуру меценатства в Казахстане. Марго Каплинская, менеджер по работе с партнёрами, считает, что тут стоит не столько денежный вопрос, сколько необходимость развития культуры меценатства.

Патрон – это участник жизни институции. Он понимает её значимость для общества и оказывает содействие в её росте. Вместе с ней растёт и он сам – программа будет включать в себя совместное посещение различных биеннале, общение с нашими кураторами и художниками. Мы надеемся создать свой круг увлечённых и надёжных казахстанских меценатов.

 

Читайте также:

Qazaq Indie: Есть ли будущее у казахстанской музыки?

Бауржан Сагиев о работе в Chanel, современном искусстве Казахстана и гражданской позиции

Каким должно быть медиа, чтобы выжить во время кризиса?