Редакция Степи решила разобраться в вопросе принудительной госпитализации в психиатрическую больницу и обратилась к общественному фонду «Қорғау HR». Его основательница Алия Абдинова и юрист Тамара Симахина рассказали о нарушении прав человека в психиатрии, дееспособности людей с психиатрическим диагнозом и возможности снятия с психиатрического учета.


– Чем занимается фонд «Қорғау HR»? 

– Мы занимаемся правами человека в области психиатрии. 

– Сколько людей за это время обратилось в ваш фонд?

– За время его существования – 566 человек. В 2022 году – 111 человек.

– Почему вы решили открыть такой фонд?

– Раньше мы занимались вопросами, связанными с «метадоном». Это тяжелый синтетический наркотик, который в Казахстане легализовали в психиатрических больницах. После этого мы обнаружили множество нарушений прав человека в сфере психиатрии. К примеру, детей из детских домов незаконно отправляют в больницы и потом закрывают их на всю жизнь в психинтернаты.

– К вам часто обращаются дети-сироты?

– Уже нет. В 2015 году к нам часто обращались воспитанники детских домов, но только те, кто набрался смелости. И мы вскрыли преступную «схему», которая существовала между детскими домами и психиатрическими больницами. Детей-сирот для заполняемости койко-мест отправляли в психиатрические больницы, повально ставили им диагнозы, а психиатры получали за это надбавку к зарплатам. 

Но к нам часто обращаются по нарушениям прав человека в целом. Например, когда якобы добровольно госпитализируют в психиатрический стационар. А с прошлого года у нас идет наплыв по вопросам незаконной постановки на психиатрический учет и недееспособности.

– Как здорового человека могут принудительно госпитализировать в психиатрическую больницу?

– Например, мужчина поссорился с соседями. Они вызывают скорую помощь и сообщают о его неадекватном поведении. Мужчину насильно доставляют в Центр психического здоровья на Каблукова, начинают обследования и сразу предлагают подписать добровольное согласие на госпитализацию. Человек может отказываться, но в психиатрической больнице он находится в более бесправном положении, чем люди в СИЗО. У заключенных больше возможностей рассказать о нарушениях и потребовать справедливости.

К привезенным в психиатрическую больницу изначально относятся как к психически больным.

В психиатрической больнице есть реальная угроза физического насилия и введения психотропных препаратов, после чего человек делает все, что ему скажут. 

Очень часто людей вынуждают подписать согласие на госпитализацию любыми способами. В 2000 году, когда принимался новый Кодекс о здоровье, мы встречались с психиатрами и Министерством здравоохранения, чтобы обсудить раздел «Психиатрия». В частности, чтобы была принята норма, которая при госпитализации обязывает объяснять человеку ее причины, озвучивать права гражданина и будущее лечение. А также мы настаивали на праве человека вести в этот момент аудио- и видеосъемку.

Вы не представляете, как психиатры и Минздрав были против. Другие изменения, которые мы предлагали, воспринимались не с таким ужасом. Они кричали о том, что это нарушение частной жизни и врачебной тайны, но это бред, даже закрытые судебные процессы по уголовным делам записываются. Аудиозапись — это хоть какая-то реальная возможность доказать, что госпитализация проводилась с нарушением закона и прав человека. 

– Что делать, если в психиатрическую больницу отправили во время медосмотра в военкомате?

– Это нормальная процедура. Например, у молодого человека была травма головного мозга или по каким-то внешним показателям комиссия решила, что нужно обследование психиатра, то его направляют в психиатрическую больницу. Там ему дают заключение, и с ним он возвращается в военкомат. 

В чем заключается опасность? Как только молодой человек приходит в психиатрическую больницу, ему говорят, что надо полежать две-три недели без телефона. Они утверждают, что будут просто наблюдать за его поведением. На это не нужно соглашаться. 

В психдиспансер следует идти с кем-то, сфотографировать направление туда и поставить в известность как можно больше людей. Крайняя мера — тайно записывать все разговоры. 

– Что нужно знать, если вашего близкого принудительно госпитализировали в психиатрическую больницу?

– У человека есть право на телефонные разговоры. Если он не отвечает, нужно идти в Центр психического здоровья (ЦПЗ). Если вы считаете, что есть угроза здоровью близкого, отправляйте через Egov или заказной почтой заявление в прокуратуру. Добивайтесь, чтобы ему дали возможность говорить по телефону, а вам – посещать его. В наших психиатрических больницах постоянно вводят карантины. Просите предоставить вам документы о том, что в больнице действительно введен карантин и сколько он будет длится.  

– Считается ли человек с психическим расстройством недееспособным?

– Нет. У нас достаточно большое количество людей, которые имеют психиатрический диагноз и состоят на учете, но это не означает, что они недееспособны.

Недееспособный человек по закону не имеет права совершать какие-либо сделки из-за состояния своего здоровья, потому что он не отдает отчета своим действиям и, соответственно, не несет за них ответственности. В целях безопасности его признают недееспособным в судебном порядке. После этого решение суда направляется в акимат, и отдел попечительства определяет опекуна в течение месяца. Опекун – это человек, который в интересах недееспособного будет совершать за него какие-либо действия. Это хороший правовой механизм, который позволяет недееспособным людям не потерять свою недвижимость, не оказаться в бедственном положении. Но здесь же мы сталкиваемся с недобросовестными опекунами, которые забирают карту недееспособного для социальных выплат, квартиру и другое имущество.

– На кого оформляют опекунство, если у пациента нет родных?

– В таком случае пациент живет в психоневрологическом диспансере, и опекуном становится сам диспансер. 

– При каких болезнях лишают дееспособности?  

– Нет утвержденного перечня психиатрических заболеваний, потому что основной критерий – это не наличие диагноза, а способность принимать решения. Поэтому недееспособным могут признать человека с любым психиатрическим заболеванием. 

– То есть человека с депрессией тоже могут признать недееспособным?

Да. Здесь решение принимают психиатры. Можно признать любого человека, у которого есть психиатрический диагноз, недееспособным.

Главное решение выносит суд. По данной категории дел обязательно проводится судебно-психиатрическая экспертиза: три психиатра и психолог обследуют человека и делают вывод о его дееспособности. После заключения экспертизы выносится решение суда. Хотя с точки зрения гражданско-процессуального кодекса, экспертиза не имеет большей юридической силы, чем остальные доказательства.

– Возможно ли снять человека с психиатрического учета? Как?

– Да, возможно. Нужно смотреть обоснованность постановки на учет. Потому что у нас есть утвержденный перечень заболеваний, из-за которых могут на него поставить. Там всего 5-6 диагнозов – это разновидности шизофрении. Если же человеку диагностировали депрессию, то его не имеют права ставить на психиатрический учет. Иногда достаточно прийти в ЦПЗ, устроить там скандал и они, боясь огласки, сами снимают с учета. А порой нужно по несколько месяцев писать жалобы. 

Что значит «постановка на психиатрический учет»? Государство выделяет финансирование, чтобы к больному  приходила патронажная сестра, периодически проводились обследования, выдавались бесплатные препараты. За это государство и платит деньги медицинскому учреждению. 


Читайте также: 

Сотрудницы атырауской инфекционной больницы вышли на митинг

Минздраву на строительство больниц в селах понадобится порядка 200 млрд тенге

Ложные диагнозы, незаконная постановка на учет и госпитализация: истории о нарушении прав человека в психиатрии


Читай нас в  Инстаграм и Телеграм