В моде экологичный образ жизни: модные бренды стараются использовать ткани из переработанного пластика, кофейни отказываются от пластиковых трубочек, а в Казахстане планируют построить сразу несколько мусороперерабатывающих заводов.

Помимо экоодежды и прочих «эко-» вещей и инициатив, существует понятие «экотуризм». Это туризм, основным мотивом которого является природа. Выбирается место — красивое озеро или национальный парк — а потом уже то, чем там можно заняться.

Мы решили узнать, когда экотуризм вошел в моду, благодаря чему стал популярным в Казахстане и почему в него стоит инвестировать в 2021 году.

Когда экотуризм вошёл в моду?

В Казахстане понятие экотуризма появилось под влиянием мировых экотрендов. Если судить по динамике популярности слова «экотуризм» в Google, пик приходится на 2006 год.

Идею экотуризма быстрее остальных подхватили жители больших городов: Алматы и Астаны. По словам эксперта в области ресторанной и гостиничной сферы Юлии Золотых, это произошло из-за того, что внутренний туризм всегда развивается вокруг городов, в которых много уставших от суеты жителей и иностранцев.

Юлия золотых

Юлия — основатель компании Zolo Group и генеральный директор проектов Kolsay lakes village и Golden Bay

Конечно, на развитие экотуризма в Казахстане положительно сказалось то, что у нас по-настоящему красивая природа и много малоизвестных объектов. Плюс в радиусе 500 км от самого крупного города страны можно найти огромное количество красивых мест: Чарынский каньон, озёра Кольсай и Каинды, Бартогайское водохранилище, Алтын-Емель и плато Ассы. Национальные парки, в которых расположены эти объекты, стали новым местом притяжения. Так, в 2018 году количество посетителей нацпарков составило более 1,2 млн человек, в то время как в 2010 году оно было в два раза меньше.

 

Как социальные сети повлияли на развитие экотуризма?

Внезапно, как грибы после дождя, в Алматы появились многочисленные туры выходного дня. Оказывать туристические услуги стали не только профессионалы, но и просто предприимчивые казахстанцы.

Популярность социальных сетей также сыграла свою роль в развитии внутреннего туризма. Сначала, в поисках новых спотов в национальные парки поехали инфлюенсеры, музыканты, видеомейкеры с дронами, а за ними и сотни казахстанцев. Горожане готовы были проехать километры в некомфортных автобусах, чтобы сделать «то самое» фото на фоне каньона или озёр, которое соберёт лайки и комментарии. Так, в этом месяце многие алматинцы поспешили на Капчагайское водохранилище.

 

 

Несмотря на то что количество компаний, которые оказывают туристические услуги, растет, качество оставляет желать лучшего.

Юлия сравнивает туристическую и ресторанную сферу: «Сейчас, если гостю в ресторане приносят не тот чай, он устраивает погром в соцсетях и критикует заведение. В туризме такого еще нет. Казахстанец едет в автобусе, в котором свистит со всех щелей, не работает кондиционер, но не жалуется. Как только туристы начнут с этим бороться разными инструментами — жалобами, социальными сетями, бойкотированием, — сервис будет улучшаться. То есть давать конструктивную обратную связь представителям турбизнеса и при выборе продукта ориентироваться не только на цену, но и на качество, только тогда сервис будет улучшаться.

Чем требовательнее становится потребитель, тем лучше выше качество услуг.

Почему экотуризм становится привлекательнее?

Бизнес можно начать с минимальными затратами

Так как мотивом экотуризма, в первую очередь, является природа, людям нужны не только роскошные пятизвездочные отели, но и простые экологичные решения в виде глемпингов и кемпингов.

«Это бизнес, который можно начать с минималок и в принципе неплохо зарабатывать. Молодая девушка с другом в 26 лет может открыть глэмпинг: взять несколько палаток, обустроить их и начать принимать гостей», — говорит Юлия.

 

Даже для тех, у кого есть старое здание, не обязательно сносить его и строить заново. Юлия рассказывает, что если техническое состояние комплекса — коммуникации, электричество, трубы, сантехника, канализация — в порядке, стоит задуматься о ремонте и сохранить деньги и здание.

Конечно, если вы хотите построить гостиничный комплекс, затраты будут больше. Сумма вложений зависит от многих факторов: от локации, концепции, от того, находится земля в собственности или нет. Например, если вы строите комплекс на горячих источниках, только за то, чтобы пробурить скважину — а она должна быть глубже 900 метров — придется заплатить около 70 тыс. долларов. Но экотуризм, как говорит Юлия, упрощает жизнь бизнесменам, благодаря современным решениям: строительство на территории национальных парков или других охраняемых объектах не подразумевает строений из бетона. Поэтому используются легкосборные дома, например, деревянные на сваях, себестоимость которых может быть в 100 раз меньше, чем построить стандартный дом на фундаменте.

Государство поддерживает развитие этого направления

Существуют программы по субсидированию бизнеса в этом направлении. Например, по всему Казахстану действует программа «Дорожная карта бизнеса-2025», а по программе «Экономика простых вещей» можно получить субсидии для строительства гостиниц, санаториев, детских домов отдыха, кемпингов и рыболовных угодий.

Также существуют региональные программы кредитования, как «Жетысу» (Алматинская область), «Акниет» (ВКО), «Кокшетау-бизнес» (Акмолинская область). Сумма займа варьируется от 35 до 200 млн в зависимости от того, какие направления нужно развивать в регионе.

Бизнес может пережить карантин

Юлия рассказывает, что во время карантина было очень много запросов со стороны гостей, но всё открывалось и закрывалось в зависимости от предписаний вышестоящих органов. Бывали случаи, когда гости подъезжали к шлагбауму экопоста, а нацпарк закрывался. «Приходилось объяснять гостям, которые преодолели путь в сотню километров, что комплекс закрыт», — рассказывает она.

После запуск был стремительный. Проекты, мотивом которых был экотуризм — прогулки на открытом воздухе, посещение национальных парков — восстановились быстро.

 

Поток на озёра Кольсай и Каинды вырос на 30-40% по сравнению с тем, какие были показатели в прошлом году.

А вот развлекательные комплексы с гостиницей, караоке, баней и бассейном восстанавливались медленнее: территория комплексов была открыта, а сами комплексы оставались недоступными для гостей».

Ниша не заполнена: не хватает как продуктов, так и качества

Юлия рассказывает, что в экотуризме можно зарабатывать 40% чистой прибыли, если правильно построить и организовать все операционные процессы. В лучшем случае вложения можно «вытащить» за четыре года, а в среднем — через шесть-семь лет.

По словам эксперта, не каждый это понимает. Такой бизнес — игра вдолгую: если комплекс хорошо построить и ухаживать за ним, то здание может прослужить ещё 10 лет без капитальных вложений. А потом можно обновить или отремонтировать здание, создать новую концепцию и снова работать. Так комплекс может существовать еще много лет.

Как считает Юлия, заниматься такого рода бизнесом — управлением огромной природной зоной — может не каждый предприниматель.

«Я уверена, что ни один человек, которому не нравится этот бизнес, не смог бы ездить и работать на Кольсае. Человек, который мотивирован в заработке, а не в участии в чем-то таком большом, светлом и классном, не сможет работать в горах, сколько бы ни платили. Помимо того, что ты зарабатываешь деньги, ты делаешь что-то прекрасное для Казахстана и казахстанцев. В работе во внутреннем туризме в любом случае есть ценность, тут можно работать и гордиться».

На какие направления стоит обратить внимание?

Как и во многих сферах нашей жизни, в туризме есть свои тренды. Например, во время карантина все начали говорить о пользе лошадиного молока: саумал продавали вдоль дорог, в супермаркетах и зонах отдыха. С ослаблением мер в Алматы начали говорить о глэмпинге. Это кемпинг, во время которого туристы живут в палатках класса люкс: спят на дорогих кроватях и получают сервис высокого класса не хуже, чем в отелях. Также были популярны активности на открытом воздухе: ужины на виноградниках, экскурсии в яблоневых садах и цветочных фермах.

 

По словам Юлии, следующим летом все будут говорить о караванинге — путешествиях в домах на колёсах. «А ещё станут популярны всякого рода детские лагери с каким-то налетом. Например, лагеря, в которых говорят только на английском, воспитывают скаутов или учат доить коров. Детская тема очень сильно будет развиваться. Думаю, что в разрезе двух лет будет еще больше на устах людей, чем экотуризм».

Ещё одна важная и свободная ниша — оказание качественных транспортных услуг. «Мы очень часто встречаемся с негативом от гостей по поводу трансфера. Бывает такое, что пассажирам хамят и даже высаживают по дороге. Водители открывают окна, когда пожелают, поют, курят за рулем или много раз останавливаются по дороге. На рынке мало качественных предложений среди перевозчиков», — говорит Юля.

«Какое-то время было модно быть экономистами и юристами. Но наступит время, когда все будут в туризме. В нём реально можно попробовать себя с наименьшими рисками как предприниматель. Если есть цель работать, зарабатывать, качественно и хорошо жить, путешествовать и получать — самое важное — удовольствие от своей работы, всё получится. Мне кажется, молодежь может себя в этом попробовать. Наиболее сообразительные ребята, у которых хорошо, пластично работает мозг, могут добиться многого», — говорит Юлия.

 


Читайте также: 

Как будет выглядеть экогород будущего без машин, улиц и выбросов углерода

В Алматы планируется газификация угольной ТЭЦ-2

Казахстан присоединился к мировому протоколу о безопасных путешествиях Safe Travels