«Я считаю, что дизайнеры должны быть вечными учениками»: интервью с бывшим вице-президентом Apple Доном Норманом
Дон Норман — эксперт в области дизайна и UX, соучредитель консалтинговой компании по компьютерным пользовательским интерфейсам...
Ая тату-мастер и архитектор-дизайнер, профессионально занимается тату чуть больше года.
– Ая, расскажи о себе.
Ая: Мне 26 лет, родом из Ташкента, сейчас живу в Шымкенте. Окончила университет «Мирас» по специальности «архитектор-дизайнер». Тату – это моё хобби.
С детства я была очень живым и творческим ребёнком. В начальных классах нарисовала конька-горбунка и заняла первое место в конкурсе. Все, кто видел мой рисунок, говорили, что у меня талант. В седьмом классе пошла в художественную школу.
– Как пришла к тату?
Ая: Самостоятельно рисовать тату захотела тогда, когда сделала себе первую. Я пришла к мастеру и была вдохновлена. Долго откладывала деньги: на тату-машинку и другие приспособления для мастера нужны немалые средства. На тот момент у меня была компания творческих друзей, на день рождения они подарили мне тату-машинку, заказали, кажется, с Украины, это было года два назад.
В Алматы у меня был друг, профессиональный тату-мастер, он приехал в Шымкент и начал меня обучать. Он не мог передать весь свой опыт, но объяснял моменты по технической части и хорошо направил меня, и за это я очень ему благодарна.
– Расскажи про свою первую личную татуировку.
Ая: Первая татуировка – хамса (ближневосточный защитный амулет в форме открытой ладони с пятью пальцами – прим. ред.). Эскиз я выбрала и рисовала сама. Пошла с готовым эскизом к другу тату-мастеру. В силу своей неопытности, нарисовала слишком много мелких деталей на эскизе и размер татуировки сделала маленьким. Если бы татуировка была побольше, мелкие детали были бы видны чётче.
Не очень удачно выбрано место, то есть ближе к подмышечной коже, где она чувствительная и набивать там невыносимо больно. Я просила мастера обработать эту часть обезболивающей мазью. Набивали мы её часа четыре.
– Была ли негативная реакция у родителей на твоё увлечение?
Ая: Конфликтовали с мамой из-за моего позднего возвращения домой. Когда она увидела, что работа приносит деньги, немного успокоилась. Я начала и ей давать заработанные деньги. Что главное для родителей? Чтобы их ребенок был обеспечен. Полгода назад я съехала от мамы и начала жить одна.
Родственников я не особо слушала, так как свой вклад в моё воспитание они не вносили.
– Чем увлекаешься помимо тату?
Ая: Я дизайнер интерьера в команде Creative Home. Работаю четвертый год. Если честно, работа дизайнера мне немного поднадоела, но я еще держусь. Бывают интересные проекты, которые я делаю, и это меня и держит. В Шымкенте мы проектировали такие интересные места, как кофейня Global Coffee, lounge-bar «Мята», кофейня «Корица», аквапарк и так далее. Помимо этого, проектируем частные дома в разных стилях, зависит от предпочтений заказчиков.
Со временем хотелось бы уйти на фриланс, но нет сейчас возможности, так как есть потребность в деньгах. Например, надо покупать хороший компьютер, он обойдётся мне в миллион тенге.
– Опиши свой день?
Ая: Подъём в девять, сборы и поездка на работу. В офисе я до семи. После семи, если есть на этот день запись, то с восьми до полуночи я в тату-студии. Ночью возвращаюсь домой и вырубаюсь. Я стараюсь ставить такой график хотя бы через день, потому что физически не успеваю. Ещё есть дела по дому и уход за котом.
– Как проходит весь процесс набивания татуировки, и есть ли свои правила после?
Ая: Например, ты мне пишешь, что хочешь тату. Мы с тобой обсуждаем эскиз. Я стараюсь не бить готовые работы с интернета. Обговариваю с клиентами этот момент, чтобы избежать мейнстрима и предложить клиентам свои варианты. Если они не соглашаются на мои эскизы, то дорабатываем их вариант. В противном случае отказываюсь.
Перед процессом всё рабочее место, всё к чему я прикасаюсь во время работы, оборачивается пищевой пленкой. Готовлю машинку и иглы. Все иглы одноразовые и запечатанные. Далее, трансфером перевожу эскиз на участок тела, и мы приступаем уже к работе. Иногда делаем перерыв, если работа долгая. Часть тела начинает затекать, и я устаю тоже.
На время заживления тату нужно пользоваться заживляющей плёнкой или можно по старинке: одноразовыми детскими пелёнками. Татуировку нужно смазать заживляющей мазью и по размеру накрыть пелёнкой. С этим на руке нужно ходить в среднем неделю. Это нужно для того, чтобы не было заражения. Как минимум две недели нельзя ходить в сауны и бани, нельзя загорать и ходить в общественные бассейны или купаться в речках.
– Какие у тебя расценки на тату и прибыльное ли это дело?
Ая: Зависит от размера татуировки и расценок мастера за один сеанс. У меня сейчас сеанс от 10 000 тенге. Неважно, сколько времени мастер тратит на вашу тату: количество расходников одно и то же. Поэтому цена за сеанс всегда фиксированная.
Например, надписи до пяти сантиметров от 10 000. Месяц назад было от 7 000 за сеанс, но алматинские друзья поругали меня, что мало беру.
Прибыль зависит от того, сколько клиентов я принимаю в месяц. В начале месяца всегда расписываю план. Бывает такое, что в один месяц могу записать только двух клиентов – это окупит аренду помещения. Иногда могу забивать заказы через день. На данном этапе жизни я не хочу гнаться за деньгами, и главное, мне хватает. Некоторые тату-мастера могут думать только о деньгах, они набивают всё подряд во имя прибыли. Есть мастера, которые занимаются ради интереса, в поисках собственного вдохновения. Допустим, приходишь к одному мастеру и видишь в его портфолио много похожих работ, которых в интернете полно, и сразу понятно, что он работает ради денег.
Если мастер предлагает свои эскизы, он больше работает на качество и на «профессиональную татуировку». Это плюс и мастеру, и клиенту. Если мастер подберет тебе индивидуальный эскиз, ты будешь уверен, что такого рисунка больше не будет ни у кого. Я больше отношу себя ко второму типу мастеров. Стараюсь делать индивидуальные эскизы. Но, иногда бывают моменты, когда я беру заказы с банальными рисунками, допустим – надписи. Кушать-то хочется, так что, иногда бывает!
– В Шымкенте есть конкуренция?
Ая: В Шымкенте конкуренции я не вижу. Знаю пару классных местных мастеров. Не считаю их своими конкурентами, так как все работают в разных стилистиках. В основном у всех остальных стаж работы больше.
Иногда бывает, что приходят клиенты, которые хотят тату с чьим-то портретом, исполненном в стилистике реализма, тогда я советую им других мастеров и направляю к ним. Я не работаю в этой стилистике.
Сейчас стараюсь уделять больше внимания своим эскизам, своим «женщинам» и распространять их в массы.
Те самые «женщины»
– Какой самый глупый вопрос, который задают тату-мастеру?
Спрашивают: Навсегда ли это?
Отвечаю: На всю жизнь!
Тату можно удалять лазером. Это в два раза больнее и дороже. С помощью лазера тату не всегда удаляется на 100%, зависит от того, насколько глубоко пигмент вбит в кожу. Допустим, некоторые тату удаляются за один сеанс, некоторые за три-четыре или больше. Идёт выжигание пигмента из кожного покрова. С каждым сеансом лазерный мастер делает татуировку бледнее, пока полностью не уберет ее. Места, где были большие татуировки, после удаления выглядят как ожог.
– Сколько у тебя татуировок на теле?
Ая: У меня их шесть: хамса, два цветка, хання маска (японский демон – прим. ред.), рука с цветочком, точки на пальцах правой руки и страшненькая татуировка на ребре, но её не покажу.
– Что татуировки говорят об их хозяевах?
Ая: Раньше татуировки делали заключённые, наверное, поэтому у старшего поколения плохие ассоциации с тату. Они делали это, как пометку, чтобы выглядеть круче, и все вокруг знали про его авторитет. Сейчас другое поколение. Это делается просто для красоты.
О том, что татуировки влияют на нас, это мы накручиваем себя сами, подсознательно. О чём думаешь, то и притягиваешь. Если человек вносит смысл в свои татуировки и думает, что они будут влиять на его жизнь, так и будет.
– В каких частях тела делать татуировки больнее всего?
Ая: Там, где кости – рёбра, руки, череп, и где мягкие ткани, например, подмышки.
Были девушки, которым делала тату на рёбрах, но они держались. Заметила, что у девушек болевой порог выше, чем у парней.
Удобные места – руки, ноги. Неудобно делать тату на шее, лице и рёбрах. Как мастеру, мне нужна удобная точка опоры.
– Самая странная татуировка, которую тебе приходилось набивать?
Ая: Она интересная, но на странном месте. Я набивала тату на попе своего друга. Набивала слово «кот». Мне хорошо заплатили, чтобы я добавила чёрточку и получилось «көт». Пока это самое лучшее тату на моей практике.
– Самая сложная татуировка, которую тебе приходилось набивать?
Ая: Не скажу, что было сложно. Было ограничено время: нужно было сделать татуировку за один сеанс. Для размера той татуировки – этого времени было очень мало. Делала я её шесть-семь часов. Клиентка должна была уехать на отдых, поэтому нужно было сделать тату до отъезда. На такой рисунок нужно сеанса два. Первый сеанс – контур, второй – покрас. Мы контур и покрас уместили в один сеанс. К середине сеанса обе начали ныть: она от боли, а я от усталости. Это одна из моих лучших работ.
– Есть еще интересные истории из практики?
Ая: Мне как-то написала девочка, которая хотела записать себя и свою маму на тату. Меня это приятно удивило. Её мама, кстати, была полна энтузиазма. Суперпозитивная и энергичная женщина – это круто.
Ещё одна история. Мне как-то написал один парень. Хотел эскиз якоря, компаса и морской темы в стилистике трэш-польки. Объяснила, что не работаю в такой стилистике, но он был настойчив. До этого предлагала несколько своих эскизов, сначала он согласился, потом передумал. На тот момент я уже нарисовала ему эскиз, чтобы через два дня набивать его. Предложила передвинуть день записи, но он вскоре должен был уехать за границу. В итоге решили не переносить запись, решив что-то придумать на месте.
В тот день мы выбрали один из моих эскизов. Предложила набить его на руке, а он захотел на шее. Как мастер поясняю, что на шее не пойдет. Он долго не соглашался, и я перевела ему рисунок на шею, как он этого и хотел. Когда он поворачивал шею, рисунок перекашивало. Парень согласился, что татуировке там не место.
В итоге набила ему татуировку на руке, и он остался доволен. От его настойчивости в тот день меня просто трясло.
– Самые крутые тату-артисты, по твоему мнению?
Ая: Сложно выбрать конкретного мастера, их много, каждый шикарен в своей стилистике. Если говорить про портретную стилистику, то мне нравится: Алекс Сорса. Он делает шикарные портреты. Я считаю, что каждый мастер должен стремиться к такому профессионализму.
– Что, если твои будущие дети захотят тату?
Ая: Без проблем. Если к этому времени буду продолжать заниматься этим, то сама сделаю им тату. Единственное условие – они должны быть совершеннолетними. Считаю, что это более-менее осознанный возраст. Я свою первую сделала в 20 лет и не жалею.
– Кстати, что означает твой ник: «болотная мята»?
Ая: Есть группа «Молоко святой коровы» и у них есть песня «Болотная мята». Там есть строчка: «В глубоком лоне болот, смердящих, пахнущих ядом, загнивая, цветёт болотная мята».
Мне очень понравилась эта строка. Для меня болото – это Шымкент, а загнивающее цветение – это я. Считаю, это не самый лучший город для творческого человека. Тут подавляют творческую активность, моё мнение.
– Поделись своими планами?
Ая: Не планирую заниматься тату до конца жизни.
Так как человек я творческий, каждый раз появляются какие-то новые интересы в моей жизни. Мне кажется, максимум лет десять я еще буду продолжать заниматься этим.
Глобальных целей или планов нет. Хочу уйти в фриланс, освободить себя от работы дизайнера и более углубленно заняться тату. Еще скоро выхожу замуж.
Получай актуальные подборки новостей, узнавай о самом интересном в Steppe (без спама, обещаем 😉)
(без спама, обещаем 😉)