Редакция «Степи» поговорила с режиссером-аниматором Баяном Адильбеком. После окончания Казахского национального университета искусств, он основал академию 2D и 3D анимации Glen.

Адильбек рассказал о работе в академии, развитии анимационной индустрии в Казахстане и об отечественных мультфильмах.


— Почему решили стать режиссером-аниматором?

С самого раннего детства интересовался рисованием и фильмами. Вся эта увлеченность привела меня к решению стать режиссером-аниматором. В университете по своей специальности я учился пять лет и одновременно работал по профессии на студии.

Еще во времена студенчества мы делали полнометражный мультфильм для «Казахфильма». Также работали над короткометражными. Тогда бывало я даже брался за комиксы — занимался всем, что было связано с анимацией.

— Как вы думаете, каков сейчас облик отечественной анимации?

На сегодняшний день он в своем зачаточном состоянии, но развивается динамичнее, чем когда-либо. В течение последних двадцати лет страна практически не развивала эту индустрию. Сегодня же в анимацию приходят новые лица, молодые ребята, некоторые из которых закончили университет искусств «Шабыт».

— В связи с чем появляется это развитие? Страна уделяет больше внимания, ресурсов?

На самом деле, поддержки извне никогда не было. Ребята, прорабатывающие масштабные проекты, делают все самостоятельно.

Если говорить об уровне образования в университетах искусств, то высоко его не оценишь. Весь опыт, который есть у меня и у других успешных аниматоров, — это заслуга самостоятельного участия в различных проектах. Выполнение заказов, полнометражные и короткометражные мультфильмы помогли нам встать на ноги. В университете давали лишь основы.

— Вы основатель академии 2D и 3D анимации Glen. Почему решили открыть академию? Были ли сложности?

Буду честен, в самом начале мне просто нужно было подзаработать. Анимация как фриланс-работа не приносила достаточного количества средств. Параллельно я всегда обдумывал идею открыть учебный центр. Так и основал Glen.

Никаких финансовых сложностей не появлялось. Было тяжело лишь психологически. Не получалось просто взять и начать преподавать анимацию. В самом начале мы часто откладывали наш первый урок в академии. Даже в случае, когда записались люди, а урок был запланирован на среду, я мог сказать: «Я не готов, давайте перенесем на воскресенье». Наступало воскресенье, и я переносил занятия на следующую среду. Фрустрация меня посещала, было страшно, но мы все перебороли.

— Насколько востребована сейчас академия и почему?

Если мыслить глобально, как я и сказал, во многих учебных заведениях недостаточно хороший уровень анимационного образования. Соответственно, если все останется в том же положении, то стране будет сложно получать хороших аниматоров. Есть также много людей, которые не могут позволить себе поступление в университет. Дело даже не в финансовых проблемах. Некоторые взрослые, закончившие университет по другой специальности, все те же энтузиасты. Они хотят заниматься анимацией, но податься в Казахстане некуда.

Когда я начал проводить эти курсы, люди стали посещать их и не потеряли желание делать то, что нравится. В этом и востребованность. В академии нет возрастных ограничений или каких-либо других. Занимаются архитекторы и физики, рисуют семнадцатилетние и тридцатилетние. Люди приходят, потому что им интересна анимация.

— Какие курсы предлагает академия?

У нас есть два основных направления: 2D анимация и 3D анимация. 2D — это традиционная анимация, где каждый кадр рисуется отдельно. То есть вы делаете 24 кадра на одну секунду. А в курсе по 3D анимации вам дают готовую компьютерную модель персонажа и вы его двигаете. Принцип для двух типов один, лишь с легкими различиями. В первом ты должен очень хорошо уметь рисовать, а 3D аниматору это не обязательно.

Весь курс длится четыре месяца. Начинается с преподавания азов. Есть лишь одно исключение для новичков в 2D анимации: они обязательно должны уметь хорошо рисовать. За четыре месяца мы не можем научить ребят этому, а в 2D без данного навыка не обойтись. В курсах по 3D анимации я вижу, что по окончании обучения из учеников выйдут хорошие специалисты, которые даже смогут работать в этой сфере. Те, кто уже закончили 2D курс и перешли на 3D, подают большие надежды. В скором будущем мы с ними уже начнем работать над новым проектом.

— Что за проект?

Он пока что очень абстрактный и на стадии разработки. В целом мы хотим заниматься 3D анимационными видеороликами.

— Какие специалисты преподают в академии?

Сейчас у нас только два преподавателя: я и Ксения Черникова. Она окончила университет в Малайзии, 4 года обучалась на аниматора. Мы с Ксений нашли друг друга и сразу связались. Ксения оказалась тем человеком, кто понимает, что для развития анимации нужны подобные курсы.

— Glen — это единственная анимационная академия в стране. Почему мы наблюдаем такую статистику?

Проблема есть лишь одна — отсутствие специалистов. В свое время университеты и академии искусств страны не подготовили достаточно хороших аниматоров. Будь это иначе, каждый год выпускалось бы около десяти-пятнадцати компетентных работников.

Кто-то из этих десяти открыл бы академию анимации еще далеко до меня. Но из-за того, что компетентность, а оттого и желание специалистов очень низки, они либо не могут себе позволить, либо просто не хотят открывать академии.

— Сколько сейчас учеников в Glen? Растет ли популярность и интерес к анимации?

В нынешней команде у нас около тридцати учеников. Совсем скоро мы делаем новый набор и параллельно открываем еще одну группу по 3D анимации. В какой-то момент мы поняли, что заинтересованность людей в анимации начинает набирать обороты и это актуально.

— Насколько я знаю, вы брали заказы на телеканале «Балапан». Расскажите, каково там работать?

Учась на первом курсе, делал мини-проект по 2D анимации. В прошлом году мы создавали первый сезон сериала «Дала ойындары». В мои обязанности входили дизайн персонажей и раскадровка.

Сначала мы получали сценарий. Я его читал, представлял образ персонажа и брался за разработку его дизайна. Утвержденный дизайн передавался людям, разрабатывающим их 3D модели. Затем его отправляли на анимацию.

— Какова расценка за кадр?

Есть тарифы: если ты фрилансер, то оплата варьируется от пяти до десяти тысяч тенге за секунду анимации.

— Какой был самый крупный проект, над которым вы работали?

Полнометражный мультфильм «Мұзбалақ». Это первый в истории Казахстана полнометражным мультфильм. За полгода до начала работы над ним мы ездили на фестиваль анимационного кино «Қарлығаш» в Алматы. Участники мероприятия показывали свои работы. Там нас заметили и пригласили участвовать в работе над мультфильмом. В команде нас было, примерно, двадцать пять человек.

— О чем мультфильм?

Мұзбалақ — это один из этапов жизни орла. Мультфильм рассказывает историю жизни птицы, находящейся именно на этом этапе. Орел становится спутником одного из главных героев истории. На протяжении всего мультфильма они дружат и помогают друг другу. В какой-то момент высвобождается некая злая сила. Чтобы ее победить, нужна помощь орла.

— Вам понравилось работать над этим проектом?

Да. Это очень хороший опыт. После работы над мультфильмом я начал задумываться, буду и хочу ли я продолжать участвовать в подобных проектах. В конце концов решил, что нет. Для меня лично перспективней заниматься академией анимации.

— Кого вы могли бы назвать своим художественным авторитетом?

Если вы заметили, никнейм моего аккаунта в Instagram — @keany. Именно Глен Кин считается самым величайшим аниматором Disney. Будучи студентом первого и второго курсов, я восхищался работами этого человека. Кин был главным аниматором мультфильмов «Алладин», «Красавица и Чудовище», «Тарзан», «Покахонтас» и других.

В Кине меня восхищало его глубокое знание анатомии человека. Во всех кадрах он умело прорисовывает каждую мускулу персонажа с глубоким знанием его анатомии и с любого ракурса.

Развить мои навыки аниматора мне очень помог Аарон Блейс. Он работал, например, над мультфильмом «Братец медвежонок».

— Есть ли у вас любимые мультфильмы?

Из самых свежих — это «Человек-паук: Через вселенные». Он один из самых высококачественных продуктов, выпущенных в течение последних десяти лет.

Все мультфильмы от Pixar — эталон. Во-первых, по технической части их работы выигрывают у многих других студий. Та же реалистичность в анимации и четкость кадров. Во-вторых, у Pixar самые оригинальные сценарии к мультфильмам. При том, что Pixar принадлежит Disney, у них есть свой корпоративный дух, свое направление, свои уникальные методы написания сценариев.

—​​​​​​​ Расскажите об опыте аниматора-фрилансера.

Выполнять заказы, в принципе, довольно сложно. Никогда нет такого клиента, который доволен заказом с первого раза. Заказ всегда тесно связан с бесконечными исправлениями. Иногда клиент сам не знает, чего хочет.

—​​​​​​​ Быть аниматором, как мне кажется, очень кропотливая работа. Не бывает проблем с работоспособностью или эмоциональным выгоранием?

Да, это работа для усидчивых. Но мне, честно говоря, не приходится сталкиваться с такими проблемами, потому что во мне просто не гаснет эта любовь к рисованию.

—​​​​​​​ Но открыть одну академию недостаточно, чтобы развить анимацию в целой стране. Что нужно делать?

Да, мы это понимаем. Поэтому сейчас думаем о продвижении в массы. Например, когда начнем продвигать проект с видеороликами, это в свою очередь должно вызвать какую-то заинтересованность со стороны.

— А как же фестивали, о которых вы упоминали раньше. Помогают ли они как-то в продвижении?

Например, «Қарлығаш» — это фестиваль анимационного кино. Название очень символичное, потому что самый легендарный мультфильм казахстанского анимационного кино считается «Қарлығаштың құйрығы неге айыр?». Кинофестиваль «Байконур» проводится в Алмате ежегодно. Там анимационное кино является лишь подкатегорией, также как и в Евразийском кинофестивале.

В целом, никакого глобального влияния данные фестивали не несут. Сейчас понимаю, что массового зрителя не так сильно завлекает техническая часть мультфильма, но большую роль играет сценарий. Не лучший пример, но все, что приходит в голову — «Симпсоны». По качеству такой мультфильм запросто можно запускать и в Казахстане. Но «Симпсонов» люди смотрят не потому, что это круто нарисовано, а из-за того, что аудитории это интересно и знакомо. Когда аниматоры делают что-то про батыров, они ошибаются, думая, что людям это по вкусу. У зрителей нет национальности. Они не смотрят мультфильм, потому что он про батыра или хана.

—​​​​​​​ Какие планы на будущее?

Не факт, что это произойдет, но со студентами Glen я бы хотел делать короткометражные мультфильмы.