Мы решили поговорить с блогером Яковом Фёдоровым, который третий год является членом оценочной комиссии в Zhas Project, о том, как проводится отбор, о сложностях отбора, об интересных проектах, и узнать его мнение о самом проекте.


— Яков, расскажите о процессе отбора проектов в Zhas Project.

— Три года подряд молодые и активные люди со всего Казахстана имели возможность подать заявки на участие в проекте Zhas Project. Каждый год география проекта меняется. Например, в этом году участие принимали жители Акмолинской, Атырауской, Западно-Казахстанской, Мангистауской областей, а также городов Нур-Султана и Алматы. Главное, чтобы проект, который предоставляют участники, имел социальное значение, принося реальную пользу жителям региона, города, села. В особом приоритете те проекты, которые направлены на социально уязвимые группы населения. Например, безработные, люди с ограниченными возможностями, многодетные семьи.

— Какие интересные проекты бенефициаров вам встречались?

— Интересных проектов было много - от сельского хозяйства до сферы IT. Я бы хотел выделить лишь немногие из тех, которые не только функционировали во время действия Zhas Project, но и живут до сих пор, после него. В Шымкенте я встречался с молодым специалистом-дефектологом Тахминой Адиловой. Ещё студенткой Тахмина работала с дошколятами, готовила их к школе, занималась волонтёрской деятельностью в дачном районе Кайнарбулак. На полученный миллион тенге от проекта Zhas Project она взяла в аренду помещение в Центре дошкольной подготовки, купила необходимое оборудование, прошла дополнительное обучение по методике и стала заниматься с детьми. В группе были дети с заиканием, ДЦП, синдромом Дауна и другие ребята, которых из-за проблем с речью и здоровьем не принимали ни в одно дошкольное учреждение. В результате многие дети полностью преодолели психологические барьеры и пошли в детский сад. А для кого-то из родителей стало первым достижением, когда их ребёнок перестал бояться людей и начал их обнимать.

В Талдыкоргане Мирхат Толкунов объездил все музеи Алматинской области и создал их 3D-модели. Каждый человек, который хотел бы увидеть эти места, но не имеет возможности приехать, может зайти на его сайт и посмотреть достопримечательности будто изнутри.

Есть и множество проектов, которые, может быть, и не отличаются оригинальностью, но вносят реальный вклад в развитие небольших городов и сёл. Много пекарен, салонов красоты, мини-молочных ферм. Эти, казалось бы, привычные вещи для некоторых населённых пунктов были очень необходимы. И, создав их, участники внесли реальный вклад, чтобы повысить качество жизни в своих районах.

— Какая направленность проектов встречается чаще всего?

— Мне при оценке в первые два года чаще встречались проекты по созданию салонов красоты и швейных цехов. Очень радует, что в этом году значительно выросло число проектов в сельском хозяйстве. Они были на уверенном первом месте по количеству. Это означает, что информированность о проекте сильно выросла, и о нём узнали не только в городах и районных центрах, но и в отдалённых сёлах.

— Как оцениваются проекты?

— Я уже третий год вхожу в оценочную комиссию. Каждый проект оценивает несколько человек: общественные деятели, учёные, депутаты Парламента РК, другие эксперты. Причём участники оценочной комиссии не знают, кто также оценивает эти же проекты, чтобы исключить возможность договориться. Есть несколько критериев. Как я уже отмечал, главное - это социальная значимость проекта, то есть его актуальность и прогнозируемая польза местному сообществу. Другие важные критерии - достижимость результатов проекта, чёткий и эффективный план исполнения, разумный и эффективный бюджет, соответствующий целям проекта, и устойчивость проекта, то есть перспектива его дальнейшего развития после финансирования.

Сложно ли давался вам отбор?

— Скажу честно, бывали и сложности. Потому что, когда понимаешь, что от решения зависит возможное финансирование проекта, который принесёт пользу для региона, ответственность возрастает. Были случаи, когда одинаковый проект в областном центре и в отдалённом селе я оценивал совершенно по-разному, потому что приходилось сравнивать значимость.

Как вы оцениваете шансы бенефициаров реализовывать свой бизнес после окончания проекта?

— Конечно, нельзя сказать, что все проекты будут жить и после грантового финансирования. Но могу сказать точно, что у участников Zhas Project шансы на это увеличиваются, потому что несколько месяцев они проходят обучение по навыкам управления проектом и работают с менторами. Не знаю даже, что в проекте даёт больше пользы для участников: само финансирование или полученные знания, которые делают их конкурентоспособнее.

— Что вы думаете о Zhas Project?

— Я считаю, что этот проект дал шанс очень большому количеству молодых людей реализовать свою мечту. Кто-то может назвать Zhas Project большим экспериментом - дать молодым людям миллион, ничего не прося взамен, с единственным условием, что эти деньги должны принести пользу людям. А затем наблюдать, как они им распорядятся. И я искренне верю, что эксперимент удался!


Подробнее о Zhas Project.