«Я считаю, что дизайнеры должны быть вечными учениками»: интервью с бывшим вице-президентом Apple Доном Норманом
Дон Норман — эксперт в области дизайна и UX, соучредитель консалтинговой компании по компьютерным пользовательским интерфейсам...
Перед тем как сюда приехать, я, разумеется, прошерстила Google и была в легком шоке от того, насколько это большая страна, о которой мы, европейцы, практически ничего не знаем. Свое прибытие в Алматы я помню как сейчас: это было зимой, я промерзла до нитки, все вокруг выглядело серо и скучно. К счастью, первый сплин улетучился с первой неделей. Немного пробыв в Алматы, я уехала жить и работать в социальный городок «Салем» в Шымкенте. Шымкент показался мне сумасшедшим: гудение машин, крики людей, живой и экспрессивный город. Мне вдруг стало очень любопытно, как живут казахи, и хотелось сразу же окунуться в их жизнь.
Меня всегда интересовал Центрально-Азиатский регион, и получив предложение работать преподавателем английского языка в Шымкенте, я согласилась без особых раздумий. Там я работала один год, вынесла массу полезных и приятных знакомств. Сейчас я работаю терапевтом в Казахстанской Эрготерапевтической Ассоциации, основанной моим земляком-голландцем (удивительное совпадение!) в Астане. Первое время я не различала казахов и русских. Я видела, что выглядят они по-разному, но на слух их речь звучала примерно одинаково. Я не могла разобрать язык, казахский ли это, а может быть, русский или узбекский. Именно тогда я осознала многосторонность культуры в Казахстане. Еще меня поразило гостеприимство казахов, ведь в Голландии не принято просто так приходить в гости на чай.
В чем заключается моя работа? Я помогаю детям с ограниченными возможностями преодолевать барьеры в физическом и интеллектуальном развитии. Еще обучаю их родителей, опекунов и медицинских работников новым методам терапии. Главная цель для меня – показать, что ребенок может развиваться даже с тем лимитом способностей, который у него есть. Каждый заслуживает счастье и чувство быть полезным в жизни. И я радуюсь, когда вижу, как поднимается настроение у детей, сделавших поделки своими руками или научившихся играть с мячом.
Я понимаю, как тяжело приходится родителям таких детей, ведь, к сожалению, в Казахстане очень мало специализированных центров, и многие семьи ищут более эффективные способы лечения за границей. В стране очень слабая инфраструктура для инвалидов, поэтому их нечасто можно увидеть, гуляющими в парках или в торговых центрах. Порой я сравниваю эти аспекты с голландскими, и понимаю, что там общество намного лояльнее принимает людей с ограниченными возможностями. Дети и подростки ощущают себя на равных со всеми остальными, а родители определенно не чувствуют такого внутреннего давления как здесь, ведь государство часто компенсирует необходимое оборудование. К тому же дети получают более широкий и быстрый доступ к передовым методам реабилитации, что является очень важным, ведь счет иногда идет на месяцы. Чем младше ребенок – тем сильнее его мозговые компенсаторные резервы. К счастью, за последние два-три года здесь я отметила позитивную динамику в интеграции детей с ограниченными возможностями. Информация становится более доступной, открываются благотворительные фонды, чаще приезжают иностранные специалисты.
Мое абсолютное убеждение в том, что если ребенок не может ходить, говорить или видеть, не значит, что его жизнь бесполезна.
Всеми силами стараюсь показать, что можно и нужно улучшать качество жизни детей и подростков с разным уровнем развития. Личный вклад детей в любое, даже самое маленькое дело, является смыслом моей работы, и я надеюсь заниматься этим в будущем, охватив и другие регионы Казахстана.
Я чувствую, что Казахстан – это мое место, и что именно здесь я должна реализовать свое предназначение, если у меня вообще есть таковое. Я работала терапевтом в Голландии и Монголии до приезда в Казахстан, но поняла, что жить я хочу здесь. Мне нравится тут сильное влияние традиций, например, почет и уважение к старшим родственникам – это определенно то, чему мы, европейцы, можем поучиться у вас.
Тяжело было привыкнуть к летнему южному зною. Еще поначалу было непонятно, почему люди на тебя кричат. К примеру, раньше я не знала, что в автобусе следует уступать место людям старше тебя или, подходя к живой очереди, спрашивать, кто последний. В Голландии нет таких правил. И люди, принимая меня за не очень воспитанную местную, начинали повышать тон. Это немного шокировало, но я тут же пыталась объяснить, что я иностранка, и нет повода для паники.
В Казахстане я впервые увидела голову барана, поданную на стол (это было во время празднования Наурыза). И с тех пор я не могу забыть эту картину (смеется). Мне просто кажется, что голова не предназначена для того, чтобы ее есть. Я заметила, что Казахстан – страна любителей мяса, тут очень мало вегетарианских блюд и практически ни одно застолье не обходится без конины или баранины.
Самое забавное случалось, когда я неправильно выговаривала какое-нибудь слово. Например, я отлично знала названия животных, и однажды, вместо того, чтобы сказать «будь здорова», я ляпнула «будь с корова», так как в моей голове отложилось это сочетание звуков. Еще мне было страшно открывать входную дверь, когда один и тот же человек стучался неделями. Оказалось, что это был просто контроллер, записывающий показания счетчика (стыдливо краснеет).
Патриархальные устои очень сильны, здешние мужчины отличаются от европейских. Я слышала истории о том, что среди мужчин принято заводить вторую неофициальную жену. Мне тоже предлагали стать второй женой, правда, только таксисты (смеется).
Стоит отдать должное местным женщинам – я нигде не встречала таких сильных женщин, как в Казахстане. Во многом я равняюсь на них: профессионально заниматься своим делом, вносить вклад в развитие общества, при этом чувствовать себя легко и непринужденно – вот моя жизненная установка, где бы я ни находилась.
Получай актуальные подборки новостей, узнавай о самом интересном в Steppe (без спама, обещаем 😉)
(без спама, обещаем 😉)