Город бежит и меняется: почему важно проводить беговые мероприятия
Марафоны и полумарафоны становятся традиционными и знаковыми событиями в Казахстане. Они собирают новичков, любителей и...
Сказать: вот эти самые любимые, было бы нечестно по отношению к другим, которые люблю или любила. С книгами ведь как: правильные появляются в нужный период. Так, я давно переболела Мураками, но в 20 лет его «Охота на овец» была для меня диалогом с единомышленником, поэтому она всегда будет стоять на особой книжной полке, которая – среди прочих полок, закоулков и уголков – есть в моем сердце. Это случайная выборка, которая довольно странно характеризует мой литературный вкус. Впрочем, мне кажется, что мы недооцениваем случай и слишком большое значение придаем системе. Жизнь – красивый хаос. Надеюсь, мой книжный шкаф – тоже.
«Зима тревоги нашей», Джон Стейнбек
Критики сочли последний роман писателя неудачным, а я его очень люблю, с тех пор,
как мне его посоветовал прочесть отец. Сюжет – это «Преступление и наказание»
по-американски. Книга без «выхаркивания впечатлений от жизни с кровью», которое
характерно для русских писателей, но все же невыразимо печальная и рефлексивная.
А если я люблю что-то так же сильно, как истории, которые заставляют смеяться, так это
книги про невротиков, которые сами себя казнят. Главный герой романа Итен Аллен
Хоули, пусть и становится предателем, человек симпатичный и следить за его душевными
терзаниями – занятие столь же болезненное, сколь и увлекательное.
«Братья Карамазовы», Ф.М. Достоевский
Кстати, к вопросу о казни и суде, который совершается в сердце человека.
Этот роман из школьной программы показано перечитывать после 30. Или читать
впервые, если вы благополучно избежали знакомства с ним в школе, как это сделала я.
В каждом из нас живет то Иван, то Митя Карамазовы, то вовсе Грушенька и каждому
из нас позарез нужен свой Алеша. На поверхности лежит история уголовного дела,
в глубине кроются Бог и надежда. Спасибо, Федор Михайлович.
«The Kinfolk Table. Простые рецепты для теплой компании», Натан Уильямс
У Андерсена есть сказка про свинопаса, получившего от принцессы 100 поцелуев за
горшочек, который рассказывал, что готовится на каждой кухне города. Мне не пришлось
целоваться (по крайней мере, с посторонними) – книгу, которая делает то же самое,
подарили на день рождения моему бойфренду. В ней дизайнеры, адвокаты, художники,
повара и их бабушки со всего мира делятся фирменными рецептами. Не то чтобы я по ней
готовила, если честно. Это было бы уж слишком непохоже на меня… Но в книге полно
красивых фотографии, душевных текстов и странно-умиротворяющих рецептов
с непонятными словами, от которых у меня внутри, в области желудка, разливается
благоговение, которое можно запросто спутать с чувством голода. Судите сами: «крисп»,
«чиаботолла», «кускус с кимчи».
Furiously Happy. A Funny Book about Horrible Things. Jenny Lawson (англ.)
Начнем с того, что автор этой книги страдает депрессией, паническими атаками,
ревматоидным артритом и еще целой кучей заболеваний и фобий. Во время
обострения она может неделями не покидать собственной спальни, не в силах
отворить дверь курьеру, доставившему почту. Эти периоды беспросветной тьмы и ада,
впрочем, не мешают ей быть невероятно жизнерадостным человеком в промежутках
и очень смешно шутить (а заодно и писать книги). Над этим автобиографическим
произведением смеешься в голос практически на каждой странице, хотя порой в нем
рассказывается о тяжелых вещах. Например, о рисунках на японских унитазах и поссуме,
упавшем в бассейн. О том, как автор путешествовала с чучелом енота и ходила босиком
по снегу после автограф-сессии в Нью-Йорке. (Впрочем, что-то тяжелое в книге есть.
Определенно. Просто сразу не припомнишь). Дженни Лоусон – одна из самых
популярных блогеров Америки и автор, вошедший в New York Times
Bestselling list. Пример того, как человек в тяжелых обстоятельствах
не вызывает у окружающих жалость, а освещает им путь.
«Цветковые растения юго-востока Казахстана», Анна Иващенко
Когда я стану тем человеком, которым хочу быть, Майей новой формации, я буду на память
знать названия цветов, которые растут в наших горах и степях. Мне и сейчас не нравится
говорить: «вот эта розовенькая штучка» или путать подснежник с шафраном, но для того,
чтобы изучать цветы, нужно выбираться на природу, обращать на них внимание, уметь
созерцать. Это я делаю нерегулярно и как-то нервно. Зато у меня есть этот определитель,
подаренный автором фотографий, натуралистом Олегом Беляловым. Первый шаг сделан!
Accidental Genius. Using Writing to Generate Your Best Ideas, Insight and Content.
Mark Levy (англ.)
Очень понятная и незамысловатая книжка о том, как преодолеть пресловутый writer’s block,
дать щелчок по носу внутреннему редактору и научиться выдавать идеи, используя технику
фрирайтинга – письма со скоростью мысли. Отличное практическое пособие для тех,
кто может читать по-английски. Писать на нем при этом вовсе не обязательно.
«Имя Розы», Умберто Эко
Если вам нравится Дэн Браун, почитайте «пацанскую» версию, первоисточник, так
сказать – детективная история, которая разворачивается в средневековом монастыре
и служит настоящей энциклопедией медиевистики, после прочтения которой вам
в тысячу раз интереснее будет ходить по европейским музеям. Мне нравится, как
говорил о своем произведении сам Эко. По его словам, подробности, которые он
полностью выдумал, не вызывали у читателей вопросов, а достоверные факты,
подкрепленные источниками (Эко был крупнейшим ученым-семиотиком), казались
фантастическими и вздорными. Помимо исторических отсылок есть «конфетки» и
посовременнее. Так, главный герой романа был списан с дойлевского Шерлока Холмса,
а антигерой со вполне реального писателя Хорхе Луиса Борхеса.
Получай актуальные подборки новостей, узнавай о самом интересном в Steppe (без спама, обещаем 😉)
(без спама, обещаем 😉)