В экономической науке термин «человеческий капитал» появился более полувека назад с подачи нескольких экономистов, многие из которых впоследствии Беккер, Шульц, Минцер получили за эти исследования Нобелевские премии.

Они предложили смотреть на людей, их знания, навыки, способности, личностные качества и другое как на капитал, аналогичный физическому: в него можно инвестировать и получать отдачу от этих инвестиций.

Существуют индивидуальные инвестиционные решения — когда сам человек или его родители осознанно инвестируют время и деньги в свое образование, саморазвитие или заботу о физическом и ментальном здоровье; инвестиционные решения компаний — когда это делает работодатель для своих работников или государства — когда эти инвестиции финансируются за счет общества.

Любое инвестиционное решение связано с оценкой расходов и выгод. Расходы могут быть прямыми, например, оплата за обучение или съем жилья для иногородних студентов, и альтернативными — тот доход, который мог бы быть получен, если бы ресурс использовался альтернативным способом, например, если бы вы начали свой бизнес вместо того, чтобы получать высшее образование.

Выгоды от инвестиций в образование включают будущую более высокую заработную плату, лучшие карьерные возможности или интересную работу в более комфортных условиях.

Экономистам и policy-мейкерам важно понимать, существуют ли эти выгоды и насколько они соизмеримы с расходами. В этой модели немаловажна роль риска, так как расходы имеют место сейчас, а доходы — в будущем, которое может просто не наступить или оказаться не таким, как мы ожидаем.

Не все из перечисленного можно измерить цифрами, но предполагаемый будущий доход в виде прироста заработной платы измерить можно. Это и есть отдача от образования, и она выступает важным фактором, определяющим мотивы и поведение людей, принимающих решения на рынке образовательных услуг.

В целом, экономисты стараются понять мотивы и предсказать поведение людей, а также то, какие последствия оно может иметь.

Почему образованный человек зарабатывает больше?

Существует несколько альтернативных теорий: так, теория человеческого капитала объясняет это тем, что образование улучшает человеческий капитал, прокачивает человека нужными и актуальными знаниями, навыками, умениями. 

Теория рыночных сигналов и «сортировки», которую изучали Спенс, Эрроу, Стиглиц, считает образование фильтром, «отсортировывающим» изначально более способных, мотивированных, а значит производительных работников от менее производительных.

Наконец, финансовый подход анализа дисконтированных денежных потоков смотрит на образование сугубо как на инвестиционное решение, то есть как на компромисс между сегодня и завтра.

Поскольку люди ценят сегодня выше, чем завтра, сегодняшние затраты на образование должны компенсироваться большей выгодой завтра, таким образом, более высокая зарплата — это «компенсация» за неопределенность и риск.

Можно говорить о частной отдаче от образования — прирост зарплаты индивида от дополнительного года обучения, или общественной — прирост национального дохода и благосостояния от более образованного общества.

Считается ли образование — инвестицией в будущее?

В СССР частная отдача от образования — зависимость между изменением уровня образованности индивида и последующим уровнем его заработной платы — была низкой. Дополнительный год образования выше обязательного среднего обеспечивал прирост заработной платы в 1-2%, что было связано с существовавшей тогда тарифной сеткой, централизованным распределением рабочей силы, а также идеологией фаворитизма рабочего класса.

 

Два исследования, проведенных в Казахстане с разными данными и методологиями, показывают примерно одинаковые и международно-сопоставимые цифры: в среднем прирост заработной платы от одного года образования вырос до 10%.

Это значит, что заработная плата человека с высшим образованием, требующим минимум 4 дополнительных года обучения, примерно на 40% выше заработной платы человека без него.

Вместе с тем динамика отдачи от образования за 2002-2016 годы заставляет задуматься.

В указанный период Казахстан переживал экономический бум, связанный с быстрым ростом мировых цен на энергоресурсы. На этом фоне доходы, в том числе заработные платы, граждан страны тоже быстро росли.

Заработные платы в реальном выражении в 2016 году по сравнению с 2002 годом выросли в 3-4 раза у работающих женщин допенсионного возраста и в 5-6 раз — у мужчин. Однако, вклад образования в этот многократный рост заработных плат составил всего 2%, т.е. рост заработных плат объясняется фактически только внешними факторами, по всей видимости, нефтяным бумом, но не ростом уровня образования за этот период. Более того, несмотря на рост зарплат, отдача от образования пусть медленно, но систематически снижалась: в 2016 году отдача от образования была на 2-3 процентных пункта (п.п.) ниже у женщин и 4-5 п.п. — у мужчин, чем в 2002.

Несмотря на рост зарплат, отдача от образования пусть медленно, но систематически снижалась: в 2016 году отдача от образования была на 2-3 процентных пункта (п.п.) ниже у женщин и 4-5 п.п.  у мужчин, чем в 2002 году.

Наконец, самое важное — происходило это в основном за счет молодых поколений: отдача от образования у тех, кто получил его в послесоветский период систематически ниже, чем у более взрослых поколений.

Этот феномен достаточно редкий. В большинстве стран мира имеет место обратная тенденция: человеческий капитал, как и физический, с возрастом изнашивается, знания и навыки, полученные в молодости, устаревают.

Поэтому отдача от образования более взрослых поколений, как правило, ниже, чем молодых, при коррекции на опыт работы, который имеет собственную отдачу. Эти тенденции усиливаются в современном технологическом производственном процессе. Тем более такие выводы неожиданы для постсоветской страны, где старшие поколения получили образование, релевантное для коммунистической экономики, которое по логике должно было быстро устареть и потерять свою ценность.

Что говорят исследования?

Полученные результаты объясняются двумя возможными ключевыми причинами — это перенасыщение рынка труда работниками с высшим образованием и ухудшение качества образования.

В СССР образование было бесплатным, но высоко-конкурентным: в Казахстане, например, на 100 мест в вузах претендовали 226 человек, но это резко изменилось с ростом доступа к образованию в 1990-х.

Число вузов выросло с 55 в 1990-91 до 124 в 2018-19, число колледжей — с 247 до 769, соответственно выросло число студентов (вузов — с 287,367 в 1990-91 до 542,458 в 2018-19, студентов колледжей — с 247,650 до 489,818).

Эта тенденция продолжилась и 2000-ые: валовый охват высшим образованием вырос с 34% (мужчины) и 41% (женщины) в 2000 до 55% и 67% в 2018 гг. соответственно.

Несмотря на то что структура экономики тоже существенно изменилась за это время: доля промышленности в валовом продукте сократилась более чем вдвое, а сельского хозяйства — почти в 5 раз в сравнении с 90-ми, соответственно выросли доля торговли и финансового сектора. Последние исследования указывают на перенасыщение рынка труда работниками с высшим образованием.

Например, согласно опросу юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, проведенному Министерством труда РК, в рамках которого было опрошено 42% от действующих в стране, выпуск вузов в ближайшие три года более чем в пять раз превышает прогнозируемую потребность в работниках с высшим образованием.

Респонденты исследования миграции молодежи из Казахстана в качестве одного из основных мотивов миграционных настроений называют профессиональную невостребованность и отсутствие перспектив самореализации и карьеры.

Количественный рост послесреднего образования в стране за последние почти 30 лет не сопровождался соответствующим ростом финансирования, которое продолжает оставаться крайне низким.

Согласно данным Обзора национальных политик в высшем образовании Казахстана, в 2014 государственное финансирование образования составляло 3,4% ВВП, из которых только десятая часть шла на финансирование высшего образования.

Неудивительно, что вузы в основном полагаются на оплату за обучение студентами, как основной источник доходов — в среднем около 70% всех доходов казахстанских вузов. В совокупности, государственное и частное финансирование высшего образования составляет лишь около 1% ВВП. Для примера, в России только государственное финансирование составляет 1,4% ВВП, и это тоже не слишком большая сумма.

Что делать вузам с выпускниками?

В условиях тотального недофинансирования вузы могут повышать эффективность за счет либо так называемой экономии на масштабе, либо — экономии на синергии.

Первая достигается в результате увеличения числа студентов, поскольку издержки при подготовке 10 или 50 студентов практически идентичны. Вместе с тем, международные исследования показывают, что достижение экономии на масштабе возможно при контингенте в 10 000 студентов и более — малореалистичные обороты для подавляющего большинства казахстанских вузов.

Экономия на синергии достигается за счет предложения смежных специальностей и специализации — например, финансов и экономики — тот же принцип лежит в основе совмещения науки и образования в одной организации. Однако и она возможна лишь в единице казахстанских вузов, поскольку большинство с точностью до наоборот в погоне за количеством студентов наращивают число зачастую несвязанных между собой специальностей, например, гуманитарных и технических, в которых по логике должны преподавать совсем разные специалисты, что в литературе по экономике образования называется «бесполезностью синергии».

В таких условиях было бы странно ожидать приемлемого качества образования, и это тоже подтверждается данными. В 2019 году ОЭСР провел третью волну международного Исследования навыков взрослого населения, в которую впервые попал Казахстан — вторая страна постсоветского пространства после России, охваченная этим исследованием.

Результаты исследования по Казахстану довольно плачевны.

Выяснилось, что 25-34-летние респонденты из Казахстана в среднем демонстрируют тот же уровень грамотности, вычислительных навыков и навыков решения задач, что и 55-65-летние, несмотря на более высокий уровень образования молодых респондентов.

Более того, разрыв в навыках респондентов с послесредним и средним образованием в нашей стране оказался самым маленьким среди обследованных стран.

Причина таких результатов в том, что средний уровень навыков казахстанцев со средним образованием несколько выше, чем в других странах, но при этом средний уровень навыков казахстанцев с высшим образованием и ТИПО ниже, чем в других странах.

Послесреднее образование добавляет мало ценности в человеческий капитал страны, что, вероятно, связано со снижением его качества. Этот сигнал воспринимается рынком и по всей видимости является одной из причин оттока казахстанских студентов за границу: их число выросло с 27,5 тыс. в 2003 году до 90 тыс. в 2016.

Перечисленные тенденции у многих на слуху, и кому-то наверно покажется странным необходимость приводить под них доказательную базу. 

К чему мы придем в будущем?

Рынок воспринимает сигналы снижающейся отдачи от образования равносильно падению спроса на него. Сокращение доходов из-за кризиса Сovid-19 будет усиливать эту тенденцию. Несмотря на временное сокращение оттока студентов за рубеж из-за Сovid-19, в чуть более отдаленной перспективе конкуренция со стороны зарубежных вузов, в том числе зарубежных онлайн программ, будет усиливаться.

Все это в совокупности не может не ударить по и без того высококонкурентному рынку высшего образования страны. Без поддержки государства большинство университетов продолжит беднеть, а значит разрыв между отдачей от «плохого» и «хорошего» образования будет усиливаться.

Неравенство, как правило, нарастает во время кризиса, поэтому в обществе будет усиливаться поляризация, а отток талантливой молодежи из страны будет одновременно с этим ужесточать кадровый голод. В долгосрочной перспективе все это может иметь очень серьезные последствия для страны, поэтому важность и своевременность правильных решений сейчас трудно переоценить.

 


Читайте также: 

В Казахстане за последние два года появилось 39 IT-лицеев

В Китае родителям несовершеннолетних запретят загружать детей учебой

Ученые создали существо, не нуждающееся в дыхании


Читай нас в  Инстаграм и Телеграм