Поступить — уже не план А: как казахстанская молодежь переписывает правила образования

Грант или навыки, Астана или Будапешт, диплом или портфолио — новое исследование фиксирует, как молодые казахстанцы разбираются, возможно, с самым большим выбором в жизни.

В конце апреля в тысячах казахстанских семей идет один и тот же разговор. Одиннадцатый класс, ЕНТ на горизонте, и вопрос, который висит в воздухе с осени: куда поступать? В Алматы или Астану? В Казахстане или попробовать зарубеж? На грант или платно? А может, сначала поработать?

Редакция STEPPE изучила масштабное социологическое исследование об образовательных стратегиях казахстанской молодежи — опрос более тысячи человек. Картина, которая вырисовывается из этих данных, сложнее и интереснее, чем можно было ожидать. Университет никуда не делся, но молодежь больше не воспринимает его как единственный возможный ответ.

Университет перестает быть данностью

Долгое время формула была простой: закончил школу — поступил в вуз. Без лишних вопросов, без всяких альтернатив. Сегодня этот вариант все еще работает, но уже как один из многих.

Подавляющее большинство опрошенных рассматривали университет как один из сценариев после школы. Но рядом с ним в голове у той же молодежи соседствовали зарубежные программы, колледж, gap year, онлайн-курсы, ранний выход на работу. Почти половина думала об учебе за границей.

Это не кризис высшего образования. Университет просто перестает быть данностью и становится выбором. А выбор всегда требует обоснования.

Грант решает все, и это проблема

Если убрать из уравнения все остальные факторы и оставить один, то этим фактором окажется грант. Именно он определяет, куда поедет молодой казахстанец, в какой стране, в каком городе, на какую специальность. Не мечта, не призвание, а грант.

Это не цинизм — это рациональность в условиях ограничений. Когда семья не может покрыть стоимость хорошего частного вуза, а тем более зарубежного образования, финансирование становится главным фильтром. Молодежь это прекрасно понимает и выстраивает стратегию соответственно.

Готовность ехать куда угодно ради учебы среди казахстанской молодежи высокая — больше половины готовы переехать в другую страну. Среди школьников зарубежное образование и вовсе воспринимается как что-то очень желанное. Но именно школьники чаще всего называют сложность поступления главным барьером. 

Почему выбирают именно тот или иной университет

Когда молодежь все же выбирает вуз, что стоит за этим решением? Ответ оказался не таким романтичным, как могло бы хотеться приемным комиссиям.

На первом месте — связь образования с работой и карьерой. На втором — интерес к профессии. Академическая среда, международные возможности, финансовая доступность — ниже. Диплом нужен не ради диплома — нужен выход на рынок труда, желательно быстрый и предсказуемый.

Главный источник сомнений при выборе — стоимость обучения. Сразу за ней стоит ощущение, что программы устарели. Молодежь чувствует этот разрыв: университеты обещают одно, рынок труда требует другого, и это — зафиксированный опыт.

Диплом не умер, но перестал быть достаточным

Вот парадокс, который хорошо отражает состояние умов казахстанской молодежи: диплом нужен, но навыки важнее. Оба тезиса существуют одновременно, и никакого противоречия в этом нет.

Большинство признают, что для части профессий — медицина, право, инженерия — без диплома не обойтись. Университет как среда, как нетворкинг, как социальный статус тоже сохраняет ценность: это отмечают почти все опрошенные. Но когда речь заходит о том, что делает карьеру успешной, диплом оказывается не напервом месте в длинном списке. Первые строчки — за hard skills, коммуникацией, иностранными языками, цифровыми компетенциями, опытом работы, портфолио.

Студент, учащийся на учете и аудите в частном алматинском вузе, ценит диплом за международную аккредитацию и нетворкинг. Но когда пробует устроиться в крупную компанию — понимает, что университетский график мешает полноценно работать. Вуз становится ограничителем именно тогда, когда хочется двигаться быстрее.

Курсы и стажировки — альтернатива диплому

Несколько лет назад разговор об онлайн-курсах как альтернативе университету воспринимался скорее как маргинальная позиция. Сегодня это мейнстрим — по крайней мере, в молодежной среде.

Значительная часть опрошенных рассматривали альтернативные маршруты: работу с обучением на месте, самообразование, стажировки, онлайн-курсы, предпринимательство, краткосрочные программы за рубежом. При этом большинство не ставит вопрос «вуз или курсы» — вопрос ставится иначе: «вуз и что то еще?»

Полное замещение университета альтернативами — пока спорная позиция. Основной сценарий — комбинирование. Вуз дает каркас, статус и среду. Курсы, стажировки и самообразование закрывают то, что вуз не успевает или не умеет. Альтернативные форматы выполняют три роли: 

• компенсируют то, что не дал университет; 
• ускоряют выход в профессию; 
• помогают скорректировать курс, если первоначальный выбор оказался не тем.

Роль родителей изменилась

Принято считать, что зумеры принимают решения самостоятельно. Данные исследования рисуют более сложную картину.

Подавляющее большинство опрошенных в открытых ответах говорят, что окончательное решение должно оставаться за самим абитуриентом. Это сильная нормативная установка на самостоятельность. Но фактическая логика выбора часто другая: семья влияет на финансирование, а значит — на географию. Учителя формируют академические ожидания. Карьерные консультанты и образовательные блогеры появились как новые авторитеты. Работодатели через свои требования косвенно задают стандарты.

Личная агентность молодежи формируется не в изоляции, она существует внутри сети семейных, финансовых и институциональных условий. Молодые люди хотят решать сами, но сама возможность выбора зависит от того, что вокруг них.

Работа во время учебы — стратегия

Раньше работа во время учебы воспринималась как вынужденная мера: нужны деньги — значит, работаешь. Сегодня это стратегия, даже для тех, кто не испытывает финансового давления.

Почти половина опрошенных имеют текущую занятость или опыт совмещения учебы с работой. Это меняет отношение к университету: те, кто уже вышел на рынок труда, значительно критичнее оценивают актуальность вузовских программ. Не потому что стали пессимистами, а потому что видят разрыв изнутри.

Работа выполняет сразу несколько функций. Финансовая независимость — это очевидно. Но важнее другое: работа помогает проверить выбранную профессию на практике. Понять, нравится ли то, чему учишься. Увидеть, что требует рынок, и соотнести это с тем, что дают в аудитории.

Итог исследования — не сенсационный, но важный. Казахстанская молодежь не отказывается от университета. Но она перестает смотреть на него как на универсальный ответ на все вопросы о будущем.

Образовательный выбор становится процессом, а не одноразовым решением. Молодые люди поступают, оценивают, корректируют, добавляют курсы, пробуют работу, меняют специальность, берут паузу, возвращаются. Стратегия живет и меняется.

Диплом нужен, но как один из ресурсов, а не как единственный. Университет ценен — но за конкретные вещи: среда, нетворкинг, доступ к профессиям с институциональными требованиями, иногда — просто возможность переехать в другой город. Навыки, опыт, языки, цифровые компетенции — все это стоит не ниже, а часто выше в иерархии того, что молодежь считает важным для карьеры.

Для поколения, которое выросло с интернетом, доступом к любым знаниям в смартфоне и пониманием того, что рынок труда меняется быстрее, чем обновляются университетские программы, — такой подход логичен. Вопрос не в том, нужен ли университет. Вопрос в том, что именно он должен давать и честно ли он с этим справляется.