Таким я себя чувствую после этих книг. Скомканным, потрёпанным, выпотрошенным. Как будто мне в вену ввели раствор адреналина, раздели догола, бросили в бассейн к тигровым акулам, и следом за мной - прямо в воду - фен, подключённый к розетке.

Книги Уэлша, его мир и герои, запивающие таблетки от головной боли тяжёлым виски, оставляют неизгладимый след. Липкий, ненужный, полукруглый, как от пивной бутылки; оставляют глубокую вмятину, как на капоте автомобиля. И ранят, больно и неаккуратно, как лезвие бритвы. 

«Три теории любви и Химии»

Наркотики - это плохо, и я знаю об этом с детства, с девяностых. Я вырос на большой мусорной яме. Той, что возле православного кладбища на втором Павлодаре. «Второй Павлодар» - это название микрорайона. Кто жил там, знает - нет на карте такого названия. Никакой фантазии.  Никаких статей в википедии. Просто Второй Павлодар. Климат - резкоконтинентальный. Транспорт - общественный. Архитектура - пятиэтажки и частные дома. 50 оттенков серого. Это преобладающие цвета. Где-то поблизости извергается вулкан Агунг, такое вот чувство. 
Рядом с ямой - школа. Средняя, как принято, общеобразовательная. С математическим уклоном. Из кабинета Русского языка и Литературы - вид на кладбище. С одной стороны на стене строгие портреты Толстого, Есенина и Пастернака. С другой - шторы, на которые нужно постоянно сдавать 2000 тенге. А за шторами - ассорти из пожелтевших памятников и надгробий.

Во время контрольных работ, когда в классе тишина, можно услышать перекличку в «пятнашке». «Пятнашка» - это зона. Кто там сидит, какой там режим, до сих пор не знаю. А если взять велик и пересечь Второй Павлодар на север, то можно увидеть железнодорожные рельсы. И такие же - железные, чёрные - вышки с фонарями. С десятый этаж высотой. Вот откуда я знаю про наркотики - в детстве мы постоянно находили их следы, их окровавленные трупики. Использованные шприцы с разлагающимися рубиновыми останками. На стройках, в подъездах, на помойках - везде, где приходилось играть в прятки и казаки-разбойники.

Ирвин Уэлш тоже пишет о наркотиках, о том, как они приближают смерть, как сначала завораживают, влюбляют, возносят, а потом убивают. Ирвин Уэлш рассказывает об этом с юмором, в конце концов, он сам пробовал экстази, сам кололся героином, сам проходил через ломку - поэтому имеет право. Шутить, приукрашивать, насиловать и уродовать своих героев. Их в этой книге много, и, если верить аннотациям, их истории вызывают смешанные отзывы критиков. Действительно смешанные. 

«Тупая езда»

Книга «Тупая езда» заканчивается хорошо. В принципе, как и все произведения Уэлша, финальные страницы которых захлопываются как крышка гроба: громко, необратимо, с тревожным эхом. Но в целом - хорошо. «Тупая езда» - это путешествие по закоулкам Эдинбурга; мы передвигаемся по городу, по колено погружаясь в рвотные массы, тёплую кровь и другие биологические выделения человека. Прыжок из одной постели в другую - вот, что такое «Тупая езда», это беспорядочный случайный секс на заднем сиденье такси, и главный герой романа - сексоголик. 

Кстати, поклонники Уэлша в Казахстане привыкли читать его романы медленно, растягивая удовольствие, по одной главе в сутки. А всё потому, что найти уэлшевские книги в магазинах нелегко. Товар закончился. Товара нет в наличии. Перестаньте читать. Забудьте про этот товар.

Говорят, даже российские фанаты - в отчаянии. Первые романы Уэлша давно раскуплены. Растасканы по рукам, разворованы по библиотекам. А когда переиздадут тираж? Когда на полки вывалится эта клееобразная, вводящая в зависимость литература с пестрыми картинками на обложке? Издательские дома по этому поводу молчат. Поэтому остаётся рыть окопы в интернете, обзванивать пыльные букинистские отделы и спрашивать у недоумевающих знакомых.
А вечером - или ещё лучше - под покровом ночи, ждать условного сигнала, мерцания фар за форточкой, звонка с неопределённого номера: ваш заказ доставлен! 
И потом в тёмном подъезде целовать колени наркокурьера, трясущимися руками ставить подпись: получил, оплатил. Хватать чек и запечатанные, заклеенные, обмотанные скотчем героиновые посылочки. А в них - волшебное соцветие, радуга жизни. Инцест, некрофилия, проституция - и всё это на фоне урагана, который обрушивается на Шотландию и название которого мамочкам в декрете лучше не слышать. Ураган Мошонка.

«Клей»

От Шотландии до Казахстана - десятки тысяч километров. Что может объединять наши страны? Каким клеем зацементирована наша связь? Да и есть ли она?
О Шотландии нам известно немного: клетчатые юбки поверх волосатых ног, пасмурные холмистые панорамы, выход из состава Великобритании - рутинные репортажи по Евроньюс. Нет нам дела до этих проблем. 

Почему же тогда Ирвин Уэлш стал известен во всём мире? Что такого важного в его книгах? За что цепляются жители Сиэтла, Караганды, Буэнос-Айроса и Ижевска, перелистывая страницы романа Клей? Почему бы, например, нам не возвести в ранг литературной звезды Мюриел Сару Спарк? Или Дугала Диксона? Да мало ли культовых писателей в Шотландии! Их много, но только Ирвин Уэлш пишет о главном - о нас. О нас, как о гопниках (в лучшем смысле этого слова). В каждом из нас живёт гопник - чего скрывать, достаточно посмотреть внимательнее.

Если откинуть наше повседневное благоразумие, стряхнуть со своего плеча эту либеральную перхоть духовности и заботы о ближнем, если встать перед зеркалом голым, не втягивая живот, не поворачивая в выгодную сторону лицо, разрешив своему бесформенному телу, куче жира, морщинам в клеточку отражаться при дневном свете - то мы разглядим в себе героев романа Клей. Обычных, простых, ненарисованных людей. Без апломба и достоевской грусти. Без прикрас. Оптимизированные, безликие, как водители маршрутки. Как мы с вами. 
Клей. Роман о биографиях простых парней с окраин. Роман про дружбу, про то, что мы несём с собой всю жизнь и чем это кончается. 

«Альковные секреты шеф-поваров»

«Альковные секреты шеф-поваров» - роман о двух братьях, сводных, выросших в разных семьях, незнакомых друг с другом. Это роман о бестолковой и никакими законами природы необъяснимой связи между ними. Например, вот - рассказываю сюжет, совсем немного: один из братьев напивается в баре, заливает в себя дубовую бочку алкоголя, занюхивает порошком, закуривает травой, закусывает «колёсами», а утром просыпается свежим, бодрым и без мешков под глазами.

Зато у того - у второго, что поспокойнее, начинается похмелье, крошится на осколки голова, на кусочки разваливается печень. И так продолжается долго: один дерётся в подворотне, у второго появляются синяки, сломаны рёбра, отбиты почки; один отдаётся случайному прохожему, у второго начинается кровотечение из прямой кишки. Кто победит в этой беспощадной борьбе? Кто кого угондошит? Как снять это родовое проклятье? Да и нужно ли?

Герои Уэлша - вне социальной среды. Наркоманы, алкоголики, сексисты, маргиналы и расисты. Зачем читать о них? Нужны ли сейчас эти персонажи? Что ценного они несут в мир, который помешан на сельдереевых диетах? Мир, где за курение в парке сажают под арест, мир, где ЗОЖ - стал религией номер 1, где Библию заменили справочники о Правильном Питании.

Ирвин Уэлш - это угнетающая порабощающая сила. Это литературное иго. Стиль, который не поддаётся правилам, логике и последовательности. Он пишет романы без нежностей и прелюдий. Без штампов. Без поблажек. Без смазки.

«Сексуальная жизнь сиамских близнецов»


«Все говорят, что хотят быть писателями. Если бы романы, задуманные у барной стойки, были напечатаны, то на планете не осталось бы ни одного живого дерева», - говорит одна из героинь этой книги. 
А героинь в этой книге две. Стройная самоуверенная спортсменка. И заедающая своё одиночество скульпторша. Полненькая. Талантливая. Одинокая. 
Впрочем, оставим сюжет в сторонке. Пересказывать Уэлша - это как пересказывать вид на Альпы, зачем мучиться? Скажу лишь одно - «Сексуальная жизнь сиамских близнецов» - один из самых сильных мотиваторов для похудения. Жёсткий и настоящий. Но при этом весёлый, остроумный и практически нематершинный. Самый оптимистичный роман самого депрессивного автора.