×
×
Выделенный текст:
×

Почему мы не задумываемся, куда деваются наши отходы?

Выпускницы образовательной программы «Болашак», изучавшие экологию в университетах США и Англии, рассказывают «Степи» о роли окружающей среды для граждан Казахстана, о важности переработки отходов и призывают соотечественников к экологической ответственности.


Жибек Исакызы

Родной город: Алматы

Образование: Columbia University, США, специализация «Earth and Environmental Science», «Sustainable Development»; Магистратура – Central European University, Венгрия, специализация «Environmental Science and Policy»

 

 


Далида Еркулиева

Родной город: Актау

Образование: Queen Mary University, Англия, специализация «Environmental Science», Магистратура - Imperial College London, Англия, специализация «Environmental Technology»

 

 


О выборе профессии

Далида: Мне всегда хотелось иметь такую работу, которая прямо или косвенно меняла бы жизни людей в лучшую сторону. Я понимала, что медицина или юриспруденция не совсем подходят мне. Природа же всегда была мне близка, поэтому свой выбор я остановила на экологии и охране окружающей среды.

К тому же, я сама из Мангистауской области, где мы не понаслышке знаем о последствиях таких экологических проблем, как загрязнение воды и воздуха. И если посмотреть на статистику заболеваемости по республике, в Казахстане целых 43% приходится на болезни органов дыхания.

А наша область входит в топ регионов по заболеваниям щитовидной железы (именно этот орган наиболее уязвим и чувствителен к климатическим изменениям), сахарного диабета. А почему так происходит?

Потому что мы недооцениваем экологический фактор, влияющий на наше здоровье. Влияние то это постепенное, зачастую не особо очевидное.

Если тебя сбила машина, ты себе что-нибудь обязательно сломаешь, и, естественно, обратишься к врачу. Здесь увечье моментальное, его не проигнорируешь. С экологией же все по-другому. Ты можешь жить на протяжении 30-40-50 лет, не подозревая, какое влияние на тебя оказывает экология твоего региона.

Ты живешь без понимания, как на тебя воздействует воздух, которым ты дышишь, или вода, которую ты употребляешь каждый день. Так, в течение всей жизни мы накапливаем в своем организме все, чем делится окружающая среда, а впоследствие это приводит к каким-то серьезным заболеваниям. Поэтому, я думаю, важно знать и понимать, как предотвращать это влияние.

Жибек: Да, влияние это, безусловно, будет всегда. Но ведь можно каким-то образом минимизировать его, и, тем самым, помогать людям. Я всегда хотела заниматься чем-то глобальным, приносящим удовольствие не только мне, но и пользу социуму. Ландшафт и природа родного города Алматы в этом сыграли свою роль. Невозможно жить здесь и не любить горы. Но гордиться ими - мало. Важно сохранить красоту и чистоту окружающей среды.

Фото: Reuters

Наука наглядно показывает нам, что природа больше не может существовать так, как она существует сейчас. У нас высыхает Аральское море. Балхаш и Алаколь сильно загрязнены. На близлежащей территории бывшего Семипалатинского полигона все еще проживают люди, страдающие от результатов радиации.

Точно так же, как и в Шымкенте, где добывают уран, или в Байконуре. В Усть-Каменогорске люди дышат воздухом, загрязненным отходами свинцово-цинковых предприятий.

И если в наших силах пытаться хоть как-то повлиять на защиту окружающей среды, жизни и здоровья нашего населения, то я бы хотела быть причастной к этому делу.

Об учебе и работе

Жибек: В Колумбийском университете последние два года я фокусировалась на устойчивом развитии. Помимо интереснейшей академической части, у меня была возможность пройти научную стажировку в нескольких проектах в течение всего периода обучения.

Так, в первый год мы ездили исследовать Долину Смерти, находящуюся на границе Калифорнии и Невады. Здесь мы изучали, как власти штата пытаются развивать экологию, несмотря на очень засушливый климат и постоянную нехватку воды.

Долина Смерти

Потом была исследовательская поездка в Барбадос. На этом маленьком острове одна из главных экологических проблем – коралловые рифы. Они белеют, что свидетельствует о повышении температуры воды, и таким образом,  это влияет на изменение климата и биоразнообразия экосистемы.

Во время двухмесячного летнего курса в Бразилии было интересно изучить проблему, так называемых Атлантических дождевых лесов.

Здесь порядка 90% лесов были подвержены вырубке, что привело к таким проблемам, как угроза исчезновения редких видов животных, эрозия почвы, загрязнение воды в реках и так далее.

В Бангладеш мы поехали для исследования проблем, связанных с водой. Природная катастрофа тут заключается в неправильном направлении движения рек. Нам показывали это на спутниковых снимках. В этой стране огромная численность населения. Проблема водного обеспечения является самой острой.

У них нет водного менеджмента, а международные организации, действующие на территории Бангладеша, не справляются. В городе, в котором мы были, UNICEF установил сооружение, которое собирало и очищало дождевую воду, потому что властям города нечем было снабжать школу. А когда дождей нет, то и снабжать особо нечем.

Помимо учебы в магистратуре, в Будапеште я занималась консалтингом по устойчивому развитию в Schneider Electric. Нашими клиентами были крупные компании (Rolls Royse, Marriott International), которые придерживаются политики устойчивого развития в своей стратегии. Бизнес-модель таких компаний обязательно включает такой раздел, как энергоэффективность.

Каждый год они предоставляют отчетность по соответствующей проделанной работе. И это не просто маркетинг. По зову современности компании вкладывают огромные деньги, чтобы соответствовать планке устойчиво развивающейся организации.

В устойчивое развитие, помимо экологической составляющей, входят также гендерное равенство и борьба со взяточничеством. И компании в этих ежегодных отчетах отражают также соотношение трудоустроенных женщин и мужчин, а помимо прибыли показывают данные о снижении коррупции.

На каждые показатели есть свои верификаторы. В этом и есть суть устойчивого развития. Хотя и считается, что это удел стран развитого мира, у которых есть для этого средства, устойчивое развитие – это то, к чему должны стремиться все государства, чтобы жизнь на нашей планете продолжала быть безопасной.

Далида: Учеба в Англии по программе «Болашак» дала мне большие академические знания.  Кроме того, магистерская программа в моем университете включает в себя проекты по решению реально существующих кейсов. И я участвовала в двух таких.

В первом случае мы рассматривали проблему, с которой к нам обратилась компания по водообеспечению, находившаяся на востоке Англии.

Задача компании – бесперебойная поставка воды жителям. Однако в регионе увеличилось население, а естественных ресурсов не хватает. И они обратились к нам, чтобы мы разработали для них несколько моделей решения вопроса.

Мы выступали в качестве вполне реальной консалтинговой  группы, чтобы помочь этой компании. Анализировали мы проблему нехватки воды с экономической, социальной и экологической сторон. Но также мы уделили особое внимание инженерной составляющей, потому что важнее всего было учесть, насколько любая идея будет осуществима.

Фото с сайта Liter.kz

Ведь, какие бы крутые предложения не были, если на это нет денег или технически их невозможно осуществить, все напрасно. Основываясь на результатах  проведенных исследований, мы предложили им несколько идей, самой оптимальной из которых было строительство трубопровода из близлежащего региона с избытком воды.

Заказчиком второго проекта был местный исполнительный орган (подобие нашего акимата). Они хотели построить школу на территории парка, который на протяжении почти двух столетий был свалкой. Их интересовало, насколько безопасно для детей учиться в школе, построенной на такой земле, и если безопасно, то где наиболее подходящая для этого зона.

Изучив законодательство Европейского Союза о допустимых значениях концентрации почвы для строительства подобных учреждений, проведя лабораторные исследования, посчитав расходы, проведя оценку всех рисков на основе multi-critical analysis, мы предоставили им свои предложения.

Такие проекты – отличная возможность перенестись в реалии существующих проблем и понять, насколько важно принять правильное решение, которое впоследствие окажет влияние на целые группы людей. Было бы здорово, если бы у казахстанских студентов было больше возможностей в таких практических исследованиях.

О роли Казахстана в имплементации Парижского соглашения

Жибек: Что мир делает для борьбы с глобальным потеплением? В рамках Рамочной конвенции ООН об изменении климата в 2015 году было подписано Парижское соглашение (продолжение Киотского протокола) о сокращении выбросов углекислого газа. Казахстан принял и ратифицировал Парижское соглашение в прошлом году.

Как это соглашение имплементируется в странах? Для сокращения выбросов была введена система торговли выбросами. В течение года я проработала в департаменте по торговле квотами на парниковые газы АО «Жасыл Даму», подведомственной организации министерства энергетики.

Наша страна взяла на себя обязательство, что к 2030 году сократит свои показатели выбросов на 15% от базовой линии 1990 года (350 млн тонн углекислого газа).

Мы, как уполномоченный орган, получаем от комитета по экологическому регулирования при министерстве энергетики отчеты о верифицированных парниковых газах различных предприятий по Казахстану.

У нас в попечении есть регулируемый и нерегулируемый секторы. К регулируемому сектору относятся компании, которые превышают отметку в 20 тысяч тонн выбросов углекислого газа в год. Основная доля компаний приходится на три отрасли экономики – индустрию нефти, газа и промышленности. Изучив отчетность, мы высчитываем показатели эмиссии по Казахстану.

Допустим, возьмем 2014-2015 годы. Если показатели 2015 года превышают показатели 2014 года, мы высчитываем процентную ставку снижения, и на основе этого определяем количество квот для каждого предприятия.

Например, если в текущем году у предприятия квота углекислого газа составляет 250 тысяч тонн, а на деле выбросы составили 280 тысяч тонн, то оно должно приобрести квоты на рынке у компаний, имеющих профицит квот. Если же на рынке нет квот, то предприятие обязано платить штраф. А штрафы немалые.

Эта система уже довольно-таки качественно работает в развитых странах. Но у нас она была временно заморожена министерством энергетики в прошлом году, так как нуждается в модификации.

К тому же, если смотреть на проблему эмиссии углекислого газа глобально, Казахстан не входит в топ лидирующих стран по выбросам в атмосферу. Мы быстро развивающаяся страна, но мало производящая. Все наши выбросы – результат примитивной инфраструктуры в промышленном секторе, которая находится на стадии модернизации.

О проблемах питьевой воды и переработки мусора

Далида: У нас огромная страна, но мы почему-то не задумываемся о том, куда деваются наши отходы.

Жибек: Иностранцы, приезжающие в Казахстан, часто удивляются, что у нас нет культуры расфасовки отходов. А почему у нас ее нет? Потому что мусор мы закапываем. Опять же, наша инфраструктура не позволяет нам перерабатывать его. Попытки функционирования мусоросортировочных и мусороперерабатывающих заводов у нас проваливаются, либо масштабы их работ незначительны в рамках всей республики.

На этом мы многое теряем, к сожалению. Допустим, Скандинавия и Китай покупают переработанный мусор. Если в Швеции перерабатывают собственный мусор в энергию, то в Финляндии электростанции тоже отходы покупают. В Австрии мусоросжигающий завод обеспечивает жителей отоплением в квартирах.

Фото: Livingasia.online

Далида: Китайцы в огромном количестве скупают мировые, в частности, европейские отходы. Это е-мусор (бытовая техника и электроника), чтобы повторно использовать извлеченные металлические, аллюминиевые и другие детали.

Это и органический мусор, который  после компостирования становится удобрением для почвы. В Китае и стекло перерабатывают, и пластик. Нашим предпринимателям стоит обратить внимание на такой вид бизнеса. Он ведь невероятно прибыльный. Ну, и для имиджа страны это было бы хорошо.

Жибек: Вода, на самом деле, тоже одна из больших проблем в Казахстане. Вы можете представить, чтобы можно было пить воду из крана в школах, университетах или других общественных учреждениях? Что уж говорить о том, что мы этого даже дома не можем делать, если не установлены фильтры.

Для любого астанчанина бутилированная вода – обычное бытовое явление. Отдельно покупать воду для питья дома считается нормальным. Вот раньше, помните, были колонки на улицах? Сейчас их нигде нет, потому что воду у нас приватизировали.

Что делать?

В сознании большинства нашего населения экология и окружающая среда занимают недостаточно важное место. Конечно, все понимают, что в стране достаточно экономических и социальных проблем: дети-сироты, безработица, криминал, домашнее насилие и тому подобное. Казалось бы, кому есть дело до окружающей среды?

Возможно, дело в системе образования и воспитания. Детей нужно учить не только добиваться индивидуальных индикаторов успеха, таких, как достойное образование, высокооплачиваемая работа, счастливая семья. А вместе с этим нужно прививать понятие того, что жизнь в чистой и здоровой окружающей среде это тоже human right, за него нужно бороться и его необходимо защищать.

Свет – это энергия, добываемая из невозобновляемых источников угля и нефти. Вода из крана не приходит к нам из моря или горной реки, а проходит сложную многоуровневую фильтрацию.

И чем меньше мы ее потребляем без нужды, тем больше мы ее сохраняем,  и тем меньше она проходит очистку. Но пока наши дети будут думать, что выключать свет и воду нужно, чтобы мама с папой платили меньше денег, это не будет работать. 

В цепочке имплементации любых идей и проектов в Казахстане не хватает этапа проведения тщательных  научных исследований. Это касается любой сферы. Нам не хватает про-активности, мы не совсем понимаем важность проведения исследований. Если говорить конкретно о сфере экологии, то один из важных принципов – любые решения должны приниматься на научно-обоснованном детальном анализе.

Нужно внедрить какую-то технологию? Давайте сначала полностью изучим экономическую составляющую. Насколько это благоприятно скажется на текущей экономической ситуации региона, страны? Насколько технология будет финансово оправдана? Как установка технологии повлияет на людей, проживающих на данной территории?

Давайте исследуем потенциальные угрозы здоровью и благосостоянию населения. А теперь давайте подумаем о том, как минимизировать риски загрязнения окружающей среды? Может нам вообще ничего и не следует внедрять? То есть, отвечая на такие вопросы, нужно проецировать все возможные факторы в текущее положение и только после этого принимать решение.

Во всем мире важным звеном в принятии подобного рода решений выступают стейкхолдеры. Это может быть одно заинтересованное лицо, либо НПО, либо исследовательские центры или какие-то граждански активные группы, которые равносильно остальным участникам и исполнителям проекта имеют большой вес.

Если тебя, как гражданина, не устраивает какой-то проект в той же сфере экологии, ты можешь доказать свой интерес и отстоять свою позицию, предоставив обоснования. И у тебя есть вполне реальные шансы быть услышанным и повлиять на развитие хода событий.

 


Главное фото: Шамиль Жуматов/Reuters

Мы напишем вам о самом важном в The Steppe