×
×
Выделенный текст:
×

The Steppe - прогрессивный сайт о жизни, работе и увлечениях

Статья за пять

Авангардные итоги года от Марка Танцуева
2016-12-21 | Автор: Марк Танцуев

Prologue

…Между нет и да выбор только да…

Кровосток

В этой статье мне нужно подвести итоги года. Кто-то пошутил, что в тысяча девятьсот шестнадцатом русские аристократы полагали, что наступающий год будет лучше, чем предыдущий. Комик из меня, знаете-ли, дерьмовый. Так принято – щекотать себя мыслями о том, что настанет день Х, и он-то, этот день, он всё изменит.

Нет, это не так.

Семнадцатый будет таким же как и шестнадцатый. Декорации не изменятся, пока декораторы не изменят либо себя, либо себе.

Я подведу черту года иным способом, так как подобно Иосифу, пришел к рождеству с пустым карманом, а издатель тянет с моим романом. Я – писатель, это моя профессия, за это я получаю деньги, но только сегодня, и только для вас, я побуду слегка пьяным бухгалтером.

Давайте посчитаем. За статью, которую вы читаете прямо сейчас, мне предложили пять тысяч тенге. Пять тысяч тенге за то, чтобы я истерзал свои мысли вам на потеху. Но где наша не пропадала – в честь праздников, я угощу вас мыслями на гораздо большую сумму. Я проанализирую сколько стоит слово в очень вульгарной, зверски похабной манере.

Забегая вперёд, замечу, что в последующие минуты вы прочитаете отрывки киносценариев, поэтических вольностей, дневников и литературных переводов на общую сумму 36 750 тенге. Это примерно сотня долларов, и десятка на пиво, за вычетом налогов. Это – 30 сребренников.

Итак, итог. Творческий и финансовый, который я, любезно собрал и систематизировал в хронологическом порядке.

январь 2016, музей LACMA, Лос-Анджелес. вход: 35$

(размышления о Б-ге, дневниковая запись)

«С тех пор, как Б-г покинул полотна, появился Дэмиен Хёрст и Ай Вэй Вэй. Музеи стали пустыми, как банки, которые рисовал Уорхол. После того, как Б-г ушел из архитектуры, появились алюкобондовые многоэтажки. Шопенгауэр говорил, что единственное доказательство существования Б-га – это искусство. Мне не нравится Шопенгауэр. И, кстати, искусство это единственное доказательство существования Б-га»

март 2016, кофешоп The Otherside, Амстердам. вход: бесплатно. 2 грамма amnesia: 22 EURO

(отрывок из литературного перевода рассказа солиста Arctic Monkeys Алекса Тёрнера «Choice of Three»)

«Как только поезд покинул Лафборо, я заподозрил, что таким образом ты пытаешься избежать разговора, но едва это пришло ко мне в голову, как я услышал тяжелое дыхание и сонное сопение – неподдельный звук, приводивший меня к простому заключению: ты спала по-настоящему. Я не мог ни на чем сконцентрироваться, пока ты медленно тонула в пальто, будто оно – олицетворение Морфея.

Какое счастье, что оба мы выбрали для поездки именно это время, когда у вечерней зари появляется возможность коснуться твоих сонных щек. Я испугался. Вдруг мне придётся отлучиться от сидения, с которого я наблюдаю за тобой?! Это не мое место – оно было забронировано кем-то другим, но кто бы он ни был, я надеюсь он провалился сквозь землю»

3 июнь 2016, PINK PONG, Алма-Ата. вход: бесплатно. 4 коктейля Aperol Spritz: 6000 KZT.

(начало стихотворного комментария к «De Profundis» Оскара Уайльда)

«Когда мы говорим о переменах,

Подразумевая жизни череду

Нам легче вывести полсотни переменных,

Но упустить, что сам Адамов сын Себе противоречит ежедневно.»

август 2016, балкон недалеко от Академии Наук, Алма-Ата. Две баклажки пива из «Раксы», бутылка шампанского из «Столичного»: 9800 KZT.

(отрывок из полнометражного сценария для игрового кино)

ГЕРОЙ 1:

Когда же до тебя дойдет, что любовь не может граничить с презрением, а человек, который любит – всегда прав. Он прекрасен. 

ГЕРОЙ 2:

Это больная любовь. 

ГЕРОЙ 1:

Любовь и есть болезнь. 

ГЕРОЙ 2:

Эту – я излечу.  

ГЕРОЙ 1:

Некоторые болезни не смертельны, а лекарства всегда приводят к летальному исходу, если принимать их слишком часто.

октябрь 2016, Трёхгорная Мануфактура, Москва. кофе и пачка сигарет «Parliament Platinum»: 250 RUB.

(Мемуары Марка Танцуева)

Я соскучился по своей мастерской. Она совсем не большая – её можно обойти в пару шагов, если стараться шагать мелко. Ещё и находится на отшибе города, но из центра я добираюсь быстро – пешком за полчаса. На машине за минут 7, ах, у меня никогда не было машины.

Если открыть окно, то можно слышать и намаз из мечети, и звон колоколов со стороны церкви. Удобно, если вы не определились с верой.

Елена, моя закройщица, сидит рядом со входом, защищая меня от людей, которые то и дело ошибаются дверью. Она знает, что отвлекать меня от мыслительного процесса подобно греху. Почему-то, она верит в то, что во мне живет Бог, имя которому – талант. А я верю ей, с закройщиками без этого никак.

Недавно мы купили большой стол, на котором сделаны разметки, очень удобный, и очень дорогой. Когда я на него раскошелился, она просила меня продать кое-что из одежды, которую мы уже сшили. Я впал в депрессию: не могу продавать то, что не завершено. Я, так же, не могу продавать то, за что не уплачен налог в государственную казну.

Моё рабочее место – у окна. Раньше на моём столе стоял чайник, но работая с тканью, я его опрокидывал. Эскизов у меня нет, я не отталкиваюсь от рисунка, считая, что природа не знает черновиков, у неё есть только материя и время. У меня тоже. Как то раз чайник упал на рулон с диким японским шёлком. Мы приняли решение убрать от меня кипяток, ножницы, утюг, ножи и машинки. Так, на моём столе остались только истерзанные мотки черной ткани. Бархат (он, кстати, уже кончился), лён, шёлк-шифон, адрас, кое что из итальянского костюмного. 

Я часами сижу там, на своем высоком стуле, курю сигареты и конструирую одежду. Иногда, я улавливаю, как грузно вздыхает моя Елена. Тогда берусь за пошив сам. Развиваю мелкую моторику, это мне психотерапевт посоветовал.

Я уехал из города за день до того, как мы успели закончить платье чёрного лебедя. Всего-то оставалось пробить пуговицы. Ужасно хочется на него посмотреть, его модель была самая спорная, мы бились над кроем несколько недель.

Мне никогда не нравились птицы, но в каждом образе оказались крылья. Я удивился. Это безответная любовь к свободе, которую крылья, к сожалению, не дают.

Чёртова коллекция, я начал делать её год назад, и не сделал ни одного образа. На дворе октябрь, а у меня, теоретически, пять готовых изделий. «Готовых» – это только в моей голове, их еще нужно оттуда достать, раскроить, иные дошить. Я придумываю стержень и вью вокруг него свою душу.

Когда нибудь, я выпущу её, свою одежду, из шкафов. Молодые девушки наденут мои лучшие мысли и понесут их на суд безразличной публике.

Epilogue

Чувствуй хорошее, плохого не существует, между нет и да выбор только да

Верь в лучшее, жизнь это танец под присмотром чуткого Бога

Повторяй эту поебень чаще, повторяй, даже если звучит убого

Кровосток.


Иллюстрации: полотна Марка Ротко

Теги Колонки

0 комментариев

Мы напишем вам о самом важном в The Steppe