×
×
Выделенный текст:
×

The Steppe - прогрессивный сайт о жизни, работе и увлечениях

Вымирающий вид: реальные истории учителей-мужчин из Алматы

Автор «Степи» поговорил с тремя современными педагогами о молодом поколении, трендах в образовании и профессиональных табу.  

Евгений Бондарцев. 33 года. Учитель истории и религиоведения, завуч вечерней школы. (средняя школа №9).

Мой друг поспорил со мной, что я и дня не проработаю учителем. Когда я устроился в школу, мне дали 11 класс. Разница в возрасте с учениками была небольшой: им по 17-18 лет, мне - 20. Организаторская деятельность и работа с сообразительными, чуткими и отзывчивыми детьми меня увлекла. Конечно, не все бывают такими, но в большинстве случаев мне повезло, особенно с вечерним отделением. В общей сложности, я выпустил 33 класса.

Трудиться в женском коллективе, конечно, сложно. Стереотипы мужских и женских взглядов на жизнь совершенно разные.

Первое время где-то приходилось подстраиваться, с какими-то принципами мириться либо сражаться. Но ничего, как-то выжил за четырнадцать лет (смеётся).

Я работаю в двух школах и подрабатываю репетитором, потому что зарплата учителя строго фиксирована и не превышает 80-110 тысяч в месяц. В мои обязанности также входит руководство всеми классами вечернего отделения и организаторская работа, связанная с проведением школьных мероприятий и воспитанием детей: профилактика табакокурения, ранней беременности, правонарушений и алкоголизма.

В обычной школе организацией учебного процесса занимаются завучи, психолог, социальный педагог и другие сотрудники. В вечерке такого нет. За все отвечаю и несу полную административную и юридическую ответственность только я.

Школьники, поступившие на вечернее отделение, способны на многое. Здесь часто проводятся внеклассные мероприятия, в которых дети проявляют себя не только как учащиеся, а уже состоявшиеся личности.

 Обычно в вечернюю школу попадают ученики, неугодные другим учебным заведениям: двоечники, нарушители дисциплины и подростки с материальными трудностями в семье. Я та последняя инстанция, которая должна дать им образование, и выпустить в жизнь с определенным документом. Когда эти дети сюда пришли, педагоги открыли в них  совершенно другие стороны. Сейчас я без проблем могу только направлять своих учеников, а не контролировать.

Никогда не ставлю двойки – двойку ставит преподаватель себе. На три, на четыре, на пять мы обязаны научить.

Больше всего в моей профессии мне нравится общение с детьми. Я узнаю от них что-то новое. Огорчает то, что на педагогов давят сверху, спускают никому не нужные директивы. Приходится заниматься огромным количеством бумажной работы и тем, что не входит в прямые обязанности учителя: обход домов, сбор справок, агитпропаганда на выборах, субботники и т.д. В договоре это не прописано, но госучреждения помогают социальным службам справляться с их задачами.

 

Минусом нашей системы образования в данный момент является огромное количество учебников, которые выпускают ежегодно. Составлены они, как правило, сложным языком, с ошибками и значительным объемом ненужной информации.

Есть то, что ученики обязаны знать, и то, от чего можно отказаться. На уроках я показываю различные научно-познавательные фильмы, дополняю учебный материал источниками извне. Золотая середина всегда присутствует, но навязыванием непроверенных фактов, всплывших непонятно откуда, я не занимаюсь.    

Зачастую, мужчине проще работать в школе, чем женщине. В некоторых ситуациях он может повлиять на учеников своим авторитетом.

Женщина – прежде всего мать, а мама - это птица, которая вьет домашний очаг и согревает его своим теплом. Мужчина же - опора. Школьники могут обратиться к нему за помощью и довериться. Ко мне подходят ученики из разных классов, делятся своими проблемами и просят подсказать им выход из трудной ситуации.

В педагогической деятельности обязательно должна присутствовать субординация. Бывают случаи, когда между школьником и преподавателем возможны дружеские отношения, но только не в рамках школы и не в тот период, когда он является учеником, а ты учителем. Эту грань никогда нельзя пересекать.

Если лет восемь назад учащиеся еще тянулись к знаниям, то сейчас они, в основном, увлечены своими смартфонами. Им не интересно абсолютно ничего. И даже тот уровень образования, который мы давали десять лет назад, заметно снизился.

Это идет от родителей, которые чаще всего заняты зарабатыванием денег, и дети предоставлены сами себе. Взрослые заинтересованы решением собственных проблем, но как только в школе происходит какая-то конфликтная ситуация, мамы и папы тут же прибегают. До этого момента процентов семьдесят родителей не следят за успеваемостью своего ребенка.

Школа вкладывает в человека намного больше, чем любая другая образовательная сфера. Через среднее образование проходят все: и министры, и другие социальные группы.  

Одиннадцатилетняя система дает учащимся необходимый объем знаний, двенадцатилетка – это уже перегиб. Запустить трехъязычное обучение в полной мере пока невозможно по одной простой причине: в школе нехватка специалистов, способных преподавать на разных языках.

Придется всех переучивать. Вторая проблема связана с учебной литературой. Понадобятся миллионы на то, чтобы переиздать все учебники. Да и дети к таким изменениям пока элементарно не готовы. Они не знают языков на должном уровне.

Современный учитель должен обладать широким кругозором, быть в курсе всего, что творится в окружающем мире.

Дети могут задать преподавателю любой вопрос, не связанный с его предметом. Другой немаловажный критерий - красивая внешность. На учителя равняются, он должен быть интересной личностью и наставником, способным вести за собой.  

Успех работы педагога проявляется в том, как его ученик пробьется в жизни. Возможно, исторические знания ему в дальнейшем никогда не понадобятся, но, если он получит высшее образование и найдет хорошую работу, значит, школа в него что-то да вложила.

Айдар Буитов. 33 года. Директор школы, учитель физики и информатики. (школа-гимназия №6).

Когда я был студентом, мое учебное заведение преобразовали в педагогический национальный университет, а инженерную специальность, на которой я учился, закрыли. Всех перепрофилировали в учителей.

Многие мои друзья пошли в педагогику. Я подумал, чем я хуже, и тоже решил попробовать. Начинал практикантом, спустя два месяца устроился учителем физики и информатики, позже стал завучем. На посту директора работаю с 2015 года. Сейчас учебных часов у меня меньше, появились новые обязанности, но все равно продолжаю вести уроки.

Занимаясь подбором персонала, могу сказать, что в русских школах сейчас довольно мало молодых кадров.

Выпускники педагогических специальностей после двух-трех лет преподавания стараются найти более высокооплачиваемую работу.

Средняя зарплата молодого учителя около 60 тысяч тенге. Классное руководство дает небольшую надбавку, но и требует больше ответственности. За последнее время к нам пришли три молодых специалиста, все девушки. Парни устраиваются в школу крайне редко.

Кроме педагогической деятельности я занимался созданием электронного пособия по физике для восьмых классов. Это был республиканский проект по заказу министерства образования, в котором также участвовали румынские специалисты.

Не всегда есть возможность провести лабораторную работу в классе, а с помощью такого учебника можно в интерактивной форме объяснить ученикам различные физические процессы и проверить их знания.

Пособие открывается через браузер и позволяет в любое время изучить нужную тему в интересной форме. Разработка применяется у нас на уроках, но используют ли ее где–то еще, я точно не знаю.

К 2019 году обучение по нескольким дисциплинам будет вестись на казахском и английском языках. Со следующего года по новой программе начнут учиться первые-вторые и пятые-седьмые классы. Учителя младшей школы и предметники проходят специальные курсы.

На переподготовку отведено чуть ли не 500 часов. Педагоги будут постепенно внедрять в учебный процесс иностранные термины. Насколько эффективно заработает предложенная система, зависит от преподавательских кадров и желания детей. Думаю, мы готовы на 50 процентов.

Город разрастается, появляются новые жилые районы, чего не скажешь о школьных зданиях.

Двенадцатилетняя система подразумевает обязательные нулевые классы. На мой взгляд, детям это нужно, но школы не должны быть переполнены. Насколько мне известно, в Алматы вопрос о перегруженности школьных учреждений стоит остро. Например, наша школа рассчитана на 960 учеников, а обучаем мы почти 1300 детей.

Учителя в частных школах, работая по 10–12 часов в неделю, получают те же 70 тысяч, что коллеги в государственных образовательных учреждениях за 20–25 часов и социальную деятельность. В наших условиях учителей пока нужно стимулировать финансово.

Получая приемлемую зарплату, педагоги будут полностью отдаваться работе с детьми, а не думать, где дополнительно подзаработать. Улучшится качество образования.

Директор школы – и финансист, и хозяйственник, и юрист, и педагог в одном лице. Я занимаюсь тем, что умею и люблю. Менять профессию, значит опять все начинать с нуля.

Ахмеджан Хамзаев. 23 года. Учитель математики. (Школа-гимназия №27).

Я решил стать учителем еще в 11 классе. Наблюдая за работой преподавателей и понимая, с какими трудностями они ежедневно сталкиваются, мне захотелось освоить педагогическое искусство. Не бывает учителей, которые ведут уроки одинаково. Методики всегда будут чем-то отличаться.

Семья полностью поддерживает мой выбор профессии. Моя бабушка вела в начальных классах, тетя преподает русский язык, я же решил попробовать себя в математике. Друзья сначала мне не поверили, говорили, зачем тебе это нужно, мол, оклад маленький.

Но педагогика – это призвание. Редко, когда сразу получается зарабатывать большие деньги. Нужно начинать с малого. Моя первая зарплата была всего 24 тысячи тенге. Я не ушел, потому что работать в школе мне понравилось.

Когда я поступил на бакалавриат, нас было двадцать пять студентов в группе. После университета в учителя по своему желанию пошли пять выпускников. Были и те, кого распределили в школы по сельской квоте на три года. Остальные нашли себя в других сферах.

Я уже два года женат, у меня есть ребенок. Содержать семью на 90 тысяч в месяц, наверное, кажется невозможным. С жильем мне помогают родители. Еще я обучаюсь в магистратуре и получаю стипендию. На первое время нам хватает. Мы с женой познакомились в университете, учились на одном факультете и сейчас вместе работаем учителями математики.

В школе сначала раскрывается сам учитель. С каждым годом мы учимся лучше понимать детей, стараясь учитывать их психологические и возрастные особенности. В 5–6 классах педагог мотивирует детей стремиться к знаниям.

В нашей школе ежегодно проводятся двухнедельные декады, посвященные каждому предмету. В это время дети участвуют в различных соревнованиях, турнирах, играют в КВН. Предположим, в сентябре у нас декада биологии, в октябре – географии. Я преподаю уже третий год и каждый раз пытаюсь придумать для учеников оригинальные задания.

В нашей школе нет такого класса, в котором меньше двадцати пяти детей. За 45 минут учитель должен уделить внимание всем ученикам, поэтому хотелось бы, чтобы классы состояли максимум из пятнадцати человек.

Я планирую и дальше преподавать. Коллеги поддерживают меня и всегда укажут на ошибку, чтобы я работал эффективнее. То, чему меня учили в университете, оказалось бесполезным на практике.

Сама система высшего педагогического образования уже устарела и не соответствует запросам современного общества.

Мы учились составлять план урока, но как вести себя на уроке нам не говорили. Пока сам не поработаешь, не поймешь, что к чему.

Чтобы добиться дисциплины в классе, нужно начать с себя. Если учитель держит свое слово, дети будут его уважать. Я стремлюсь достичь такого профессионального мастерства, чтобы каждый мой ученик не только хорошо знал математику, но и увлекался этим предметом, так же, как я.  

 

Мы напишем вам о самом важном в The Steppe