Прошло целых 14 лет с выхода первой «Суперсемейки» и ее сиквел «Суперсемейка 2» идеально продолжает первый фильм, так как начинается именно в тот момент, где закончился первый, вместе с появлением злодея Подрывашкера.

Но есть еще одна более тонкая нить, указывающая на общую идею двух фильмов Pixar: оба мультфильма показывают злодеев так, что это дает франшизе заметно технофобный взгляд, передает The Verge.

В первой «Суперсемейке» злодей Синдром — нормальный человек без суперспособностей, который использует свои технические навыки, чтобы накопить огромное состояние и уничтожить всех супергероев. В «Суперсемейке 2» злодей — это Экран-тиран, обычный человек без суперспособностей, которая использует свои технические таланты, чтобы действительно избавить мир от супергероев.

В мире, где общество не одобряет супергероев, кажется странным, что у злодеев тоже нет особых суперсил. Разве кто-то, не обладающий суперспособностями и борющийся с супергероями, не будет спасением, а не проклятием в системе, которая ненавидит героев? Вместо этого, мультфильмы дают моральное превосходство естественным суперсилам над другими способностями, достигнутыми благодаря технологическим инновациям.

Злодеи двух картин исходят из совершенно разных социальных слоев и имеют разный культурный бэкграунд, каждый из которых отражает времена, когда эти персонажи были созданы. «Суперсемейка» была выпущена в 2004 году, всего через год после вторжения в Ирак и через три года после вторжения в Афганистан. 

Естественно, злодей Синдром, который работал над проектированием и продажей сложного и опасного оружия, олицетворял новые деньги в техническом буме и отражал культурную усталость в отношении военно-промышленного комплекса.

«Суперсемейка 2» вышла в такое время, когда презрение к богатым растет почти так же быстро, как пропасть между богатыми и бедными, а злоупотребление властью тех-гигантами усиливает опасения публики и вызывает страх использования технологий в целом. 

Дело в том, что злодеи, особенно в историях про супергероев, воспринимаются как противоположность героев. «Зло» плохих девушек и парней заключается в их действиях, но их главная задача, в конечном счете - бросить вызов мировоззрению супергероя, его идеалам и убеждениям. Герои могут только победить, отвечая или преодолевая этот вызов.

Для зрителей видение злодея может стать возможностью пофилософствовать и поговорить о том, смогут ли они спасти любимого человека ценой гибели десятка незнакомых людей. (Да, отсылка к Человеку-пауку и Мэри Джейн). Преднамеренно или нет, но то, как создатели мультфильмов определяют правильное и неправильное, является аргументом в идеалах и точке зрения компании Pixar.

Власть злодеев заключается в устройствах, которые они разрабатывают, чтобы компенсировать свои слабости, так как они не могут делать то же самое, что супергерои. Например, Синдром возмущен тем, что не может бороться с преступностью. Экран-тиран тем, что не может спасти своего отца.

Оба злодея стали эгоистичными. Они не терпят неудачу исключительно потому, что используют новые технологии вместо естественных сил. Злодеи хотят двигаться вперед, в будущее, где супергерои не превосходят обычных людей, даже если это означает, что их вообще не будет существовать. Семейка Исключительных, наоборот, хочет вернуться в то ностальгическое время, когда они были на пике своих сил, а мир нуждался в супергероях.

А когда эти злодеи побеждены, подразумевается, что их технологическое оружие нужно уничтожить, потому что они каким-то образом обманывают естественный порядок вещей. 

Суперсемейка ни разу не признала, что снисходительность мистера Исключительного в отношении мальчика Бадди Пайна на самом деле способствовала становлению Синдрома, как злодея. Мистер Исключительный приносит свои извинения, но только после того, как разрушительные технологии Синдрома заставили его обратить на это внимание.

Во втором фильме Суперсемейка не сражается с Экран-тираном, чтобы противостоять ее убеждению о том, что люди слишком полагаются на удобство и комфорт супергероев и технологий, а не на самих себя. Они сражаются с ней, потому что она гипнотизирует людей, заставляя их совершать преступления. Когда они побеждают, ее принципы уже не имеют никакого значения. Новые технологии по-прежнему остаются врагом, которого нужно побороть.

Идеи Экран-тирана о людях, одержимых технологиями, не новы для Pixar. Мы видим это в Wall-E с изображением толстых людей будущего, прикованных к парящим стульям и утонувших в бессмысленных развлечениях. Любое упоминание или появление технологий в фильмах Pixar обычно романтизирует старые технологии, как ретроавтомобили в фильме «Тачки», или самодельный воздушный шар в «Вверх!».

Поскольку это детские мультфильмы, то можно предположить, что руководители-бэбибумеры видят прошлое, как более невинное время, прежде чем iPad и YouTube полностью поглотил внимание детей.

Несмотря на это, миллениалы, более ранняя аудитория Pixar, видели мир до и после появления интернета, поэтому идея того, что мы, возможно, потеряли что-то важное, получив технику взамен, имела смысл тогда. Но современные дети не знают и не помнят ничего, кроме цифрового мира, а это значит, что скрытый смысл мультфильмов о Суперсемейке, в которых техника предстает как угроза, определяющая будущее, просто не будет актуальным.