Город 6 Октября, 2017

Обжигающее искусство: как в Казахстане создают огненные скульптуры

Частный сектор. Шымкент. Во дворе небольшой гостиницы в сумраке возвышается странное трехметровое сооружение. Из его верхушки под мощным напором вырывается столб пламени. К восьми часам вечера на площадке вокруг башни собралась компания около тридцати человек. О том, что вот-вот произойдет, в городе кроме них никто не знал.

Затаив дыхание, взрослые и дети ждали, когда огненную скульптуру освободят от раскаленной термо-ваты, окутавшей ее целиком словно кокон. Всех собравшихся пригласил керамист Артем Гориславец, чья фамилия на удивление созвучна тому, что он делает. Мастер изготавливает глиняные статуи, превращая их обжиг в зрелищное фаер-шоу.

Этим летом Артем Гориславец посетил международный симпозиум керамистов в Крыму, где освоил новую керамическую технику, популярную в Европе и с недавних пор в странах СНГ.

«В древности глина использовалась в основном в утилитарных целях. Из нее лепили посуду, горшки для хранения масел и круп, кувшины для вина. Важное место глина занимала в религиозном искусстве – наряду с камнем, из глины создавалось множество статуй различных божеств. На всех континентах, где есть человеческая цивилизация, с древних времен существуют свои керамические традиции — рассказывает Артем. — Сегодня у глины не менее широкий спектр назначений: от кухонной утвари до компьютерных технологий. Даже в строительстве космических кораблей сейчас активно используют высокотехнологичную керамику!».

Артем Гориславец родился в городе Кентау, отучился на художественно-графическом факультете в Южно-Казахстанском государственном университете и 20 лет занимается керамикой. На территории арт-отеля «Тотем» вместе со своими помощниками скульптор слепил свое самое масштабное глиняное творение высотой 2 метра 90 сантиметров.

— «Южный Казахстан – благодатный регион для керамиста, — считает мастер. — Через
крепости древних городищ Туркестана, Отрара и Саурана проходили караваны Великого Шелкового пути. Я иногда посещаю эти места. Здесь очень интересные археологические раскопки, много средневековой керамики, и чувствуется дыхание Вечности! Каким-то незримым образом это подсознательно влияет на меня и мое творчество».

В детстве Артем часто ходил с отцом в походы по окрестным ущельям, изучал наскальные рисунки, участвовал в археологических экспедициях. Не случайно в дизайне башни переплетаются традиционные степные мотивы. Мастер нанес на нее казахские родовые знаки «Тамги» и петроглифы: фигуры диких животных и охотников, а также солнцеголовое божество «Митра».

— Артем, как вы создавали композицию скульптуры?

— Статуя выполнена в свойственном мне стиле. Получился такой причудливый микс, потому что лепка шла без эскиза. Это была полная керамическая импровизация, хотя при трехметровой высоте скульптуры это рискованно, но в то же время очень интересно. Начав работу, я в полной мере не представлял какой будет результат и интуитивно полагался на свое внутреннее художественное «чутье». Как основной визуальный образ я выбрал ТАМГИ — родовые знаки тюркских народов. Существует множество их разновидностей. Казахские жузы делятся на поджузы, более крупные и мелкие племена. При этом у каждого из них не один, а целая серия знаков. Это отдельная наука. Было интересно поэксперементировать с этой древней графикой, вплетая ее в свою современную композицию.

В той же мастерской Артем проводил двухнедельный керамический мини-симпозиум, в котором участвовали его друзья и коллеги из Шымкента и Алматы. У каждого было свое рабочее место, доступ к качественной глине и инструментам. Днем мастер занимался подготовкой основной скульптуры, а вечером лепил с коллегами работы поменьше.

Застать изготовление башни «Тотем» на начальном этапе, к сожалению, не удалось, зато получилось увидеть, как буквально «не по дням, а по часам» преображалась вторая огненная скульптура «Мифический дракон», обжиг которой запланирован на середину октября.

За несколько дней стараниями дизайнера Алины Лобановой и художницы Ларисы Арюткиной, курировавшей арт-зону этно-фестиваля «FourЭ- 2017», на плоской башне появился рельефный дракон в китайском стиле.

Пасть, клыки, крылья, когти, чешуя – все элементы мастера наслаивали на корпус статуи с помощью глины и специального клея, прорабатывая каждую деталь. Затем на полуготовой башне Артем начертил разделительные линии, чтобы позже разрезать ее на части.

За день до шоу Артем с напарником собрали печь и установили на нее башню. Это уже третья огненная скульптура, изготовленная керамистом с этого лета.

Башня «Татем» состоит из пяти частей общим весом в 150 килограмм, она изготовлена из крупнозернистого шамота — термостойкой обожженной глины. Для воплощения своих творческих идей керамист заказал целую тонну этого материала.

Мне случалось оформлять керамикой интерьеры, но гораздо чаще я леплю по заказу собственной души.

«В 2013 году меня пригласили в Крым на фестиваль огненных скульптур, но посетить его не получилось. Спустя четыре года я поехал туда на керамический симпозиум и познакомился с местным скульптором Максимом Васильевым. Вместе с ним я слепил свою первую огненную башню высотой чуть больше двух метров, — вспоминает Артем. — Раньше я считал, что большая скульптура изготавливается в стационарных условиях в мастерской, а тут мы лепили практически на улице, собрали из шамотных кирпичей печь и за полдня обожгли на ней башню, обмотав ее каолиновой термостойкой ватой — фетром».

Благодаря фетру башня накаляется до температуры 1200 °C. Перед тем, как обмотать скульптуру ватой, ее покрыли тонким слоем стекла, чтобы она не закоптилась от дыма. Сделано это было с учетом предыдущего опыта. После крымского симпозиума Артема пригласили участвовать в этно-фестивале «FourЭ», где он впервые провел самостоятельный обжиг глиняной скульптуры.

«На «FourЭ» мы допустили небольшие технологические нарушения,- говорит Артем, — Не хватило денег и места в багажнике машины на нужное количество кирпичей. Мы собрали маленькую печку, и языки пламени напрямую били по основанию скульптуры. Оно потрескалось, но фаер-шоу удалось».

Керамика для меня — эксперимент длиною в жизнь.

В поиске новых знаний Артем регулярно путешествует по разным странам, участвуя в профессиональных съездах керамистов. В Китае, известном своей терракотовой армией и фарфором, мастера поразило сочетание самых современных технологий и классического ремесленничества.

«В цеху может стоять навороченная электронная печь для обжига, но выйдешь на улицу, а там вкопан столб и привязанный к нему бык ходит по кругу и месит глину. Тут же на горе возвышается древняя дровяная печь «dragon kiln». Ее протапливают почти трое суток без перерыва. От нижних отделов обжиг медленно поднимается вверх по склону горы к вершине. В темноте, когда из окошек вырывается пламя, печь действительно напоминает дракона. Поработать с ней – уникальный опыт. Она оставляет на керамике интересные подкопченные следы от дыма», — рассказал Артем.

— Какая из поездок была для вас особенно ценной?

— Собираясь на очередной симпозиум, я обычно выбираю новую страну. Так я уже
поучавствовал в одиннадцати керамических съездах. В этом году была поездка в
Крым, в город Ялта. Мне понравилось в Крыму — на исторической Родине моих предков. Уменя давно было желание туда съездить, найти деревню, где жили родственники, походить по тем местам. И хотя в первую поездку я этого не успел из-за плотного графика, мне удалось интуитивно почувствовать там что-то родное.

Если выражаться метафорически, Крым сделал мне незабываемый подарок.

Самый сложный момент в подготовке фаер-шоу по мнению керамиста – заключительный этап, когда нужно очень быстро и ловко снять раскалённый фетр с башни. Если долго держать вату, жар проступит через перчатки и обожжет руки. В одиночку с такой задачей не справиться.

Артем с напарником слаженно размотали статую, и зрители увидели раскаленную башню, светящуюся в темноте ярко-оранжевым цветом. Снизу через печь в нее еще поступал газ, и когда мастер кинул туда горсть опилок, пламя молниеносно устремилось вверх, поднимая столб искр в ночное небо.

— Артем, что вы испытываете, когда видите результат своего труда и реакцию людей?

— Как для любого художника, для меня важна самореализация. Работая в мастерской над маленькими скульптурами, оставалось чувство неудовлетворенности. А при таком размахе душа раскрывается. В этом есть свой драйв и свое художественное счастье – счастье Художника!

Когда все закончилось, и впечатленные зрители уже начали расходиться, захотелось еще немного постоять возле догорающей скульптуры. В тот момент вспомнилась одна короткая притча. Звучит она так: «Вылепил Господь из глины человека, и остался у него один неиспользованный кусочек. Бог спросил свое творение: «Что для тебя слепить?». «Счастье», — ответил человек. Бог задумался, а потом, ничего не ответив, молча вложил кусочек глины в раскрытую ладонь человека.