Что происходит с территорией Национального университета: интервью с урбанистом о «Казнуграде»

Кампус КазНУ имени аль-Фараби традиционно воспринимается как самостоятельное университетское пространство. Однако его масштаб и расположение делают его частью городской структуры Алматы. Как сегодня организован Что происходит с территорией Национального университета: интервью с урбанистом о «Казнуград» и какие риски несет фрагментарная застройка территории — STEPPE обсудил с урбанистом Ерқанатом Заитовым.

Как вы оцениваете текущее благоустройство территории КазНУ?

Честно скажу, я не могу дать глубокую операционную оценку, потому что бываю там редко. Но несколько лет назад мне проводили экскурсию, и это было настоящее открытие. Территория огромная, с сильной природной составляющей, рельефом, пространством для сценариев развития. Потенциал колоссальный. И при этом он словно спрятан, законсервирован.

Если говорить о визуальной части, есть очевидные проблемы с айдентикой и территориальным менеджментом. Цвета, материалы, элементы благоустройства, вывески, навигация, фасады, МАФ (малые архитектурные формы) и уличная мебель выглядят разрозненно. Нет единого дизайн-кода. Это создает ощущение случайности. А ведь бренд у университета есть. Его нужно просто правильно упаковать, разработать четкий дизайн-регламент и придерживаться его в каждой детали. Тогда территория начнет работать как единый образ.

Функционально могу отметить базовые вещи: не хватает даже элементарной навигации. Стрелки, схемы, понятные маршруты — это азбука кампусного пространства. Но повторюсь, потенциал огромный. Из этого места можно сделать «изюминку» города, если дать работать профессионалам и мыслить стратегически.

Если смотреть на повседневное использование территории КазНУ, на кого она сегодня в первую очередь ориентирована — на студентов, управленческую структуру, бизнес или город?

Сейчас она в первую очередь ориентирована на прямых пользователей — студентов и сотрудников. Есть столовые, магазины для общежитий, базовая инфраструктура повседневного использования. На город и бизнес она практически не работает.

Это типичная модель закрытого кампуса, который существует сам для себя. Но современные университеты во всем мире становятся городскими центрами притяжения — культурными, интеллектуальными, общественными. Здесь этот потенциал пока не раскрыт.

Какие элементы благоустройства в кампусах вы считаете принципиально важными, но которых здесь не хватает?

Прежде всего нужен мастер-план, и это не просто схема зданий и дорожек. Это стратегическая модель развития территории: инфраструктурная, экономическая, культурная, транспортная.

Все начинается с ответа на вопрос: что это за место? Только университет? Или еще и общественное пространство? Или инновационный кластер? Или культурная площадка?

Кампус может стать дополнительной точкой притяжения для горожан, гостей города, туристов. Для этого нужно продумать сценарии использования, событийную программу, связи с городом, транспортную доступность, открытость.

Без концепции любые решения будут точечными и хаотичными.

Насколько типична для постсоветских университетов ситуация, когда земли кампусов постепенно выводятся под коммерческую застройку?

Коммерциализация сама по себе не зло. Это нормальный экономический процесс. Если есть потенциал, почему его не использовать?

Вопрос в том, как это делается. Если коммерческая функция усиливает университет, создает рабочие места, улучшает инфраструктуру, приносит доход в развитие кампуса — это одно. Если это просто продажа земли без долгосрочной стратегии — это другое.

Все зависит от условий, прозрачности и интеграции в общую модель развития.

Известно, что часть территорий, ранее предназначенных для студентов, была продана или передана под иные проекты. Как вы оцениваете такие решения с точки зрения долгосрочного развития университета? И какие риски для образовательной среды несет сокращение студенческих пространств?

Я не могу утверждать, были ли конкретные продажи и на каких условиях. Это требует детального анализа.

В целом важно понимать: если такие решения усиливают университет и не сокращают качество образовательной среды, то проблем нет. Но если это ведет к сокращению студенческих пространств, ухудшению условий проживания или учебы, то это уже стратегический риск.

Здесь нужно смотреть на баланс выгод и потерь. Вопрос крайне деликатный и требует прозрачности.

Можно ли считать коммерциализацию университетских территорий следствием хронического недофинансирования, или это вопрос управленческих приоритетов?

Скорее и то и другое. Без понимания внутренней кухни сложно дать однозначный ответ.

Недофинансирование, безусловно, влияет. Но управленческие решения играют ключевую роль. Даже при ограниченных ресурсах можно развивать территорию стратегически. Можно искать партнерства, гранты, инвестиции, создавать кластерные модели.

Если нет стратегии, любые финансовые трудности будут решаться простым способом — через сокращение активов.

Кто в подобных случаях должен нести ответственность за решения о университетских землях? Насколько прозрачен, по вашему опыту, процесс принятия таких решений в государственных вузах?

У нас в целом есть большая проблема — отсутствие реальных механизмов вовлечения общества в процессы городского развития.

Во многих западных странах нельзя снести здание, построить объект или даже изменить вывеску без согласования с локальным сообществом. Это нормально. Развитие происходит на деньги налогоплательщиков, и участие общества логично.

У нас общественные обсуждения часто проходят уже после того, как все решения приняты. Формально. Это не механизм влияния.

Мы часто ведем себя слишком пассивно. Вокруг происходят изменения, а реакции нет. Активистов воспринимают как оппозицию, а не как партнеров. Люди не интересуются процессами.

Этой пассивностью пользуются. Если нет реакции – значит можно.

Гражданская вовлеченность — это и есть настоящий патриотизм. Не лозунги, а участие в судьбе своего двора, улицы, университета.

И государственный вуз не должен быть исключением.

Можно ли сегодня вернуть или переосмыслить утраченные студенческие пространства? Насколько это будет сложно?

Никогда не поздно. Это абсолютно возможно. Нужно начать с мастер-планирования, собрать команду профессионалов, провести аудит территории, вовлечь студентов и сотрудников. И дальше двигаться поэтапно.

Не обязательно делать все сразу. Можно внедрять решения постепенно, шаг за шагом, корректируя стратегию по мере развития.

Какой будет территория КазНУ через 10 лет, если текущая логика решений сохранится?

Чтобы ответить точно, нужно понимать текущую стратегию. Но если решения будут приниматься без системного подхода, есть риск хаотичной застройки.

Мы уже видим в городе примеры, когда территория развивается фрагментарно, без единой концепции. Появляются объекты, не связанные друг с другом. Теряется целостность.

Если кампус пойдет по такому сценарию, он утратит свою уникальность и станет просто очередным набором зданий.

Если обобщить, территория КазНУ — это не просто земля. Это огромный интеллектуальный и пространственный ресурс. И от того, как он будет управляться, зависит не только судьба университета, но и вклад в развитие города.